Lettera

Мне становится ясно: прошлое не оскверняет настоящего, а настоящее не умаляет прошлого. Время-это среда. Это посредник. Время-пусть, который мы проходим.

Возможно, наше детство — это компас, который помогает нам определять свое местоположение в жизни: важны ли мы для своих близких или нет. Возможно, наше детство — это карта, на которой мы изучаем размеры и границы своей значимости.

Град, град! Вот он нас понимает:
Плут, барабанщик и задира.
Нам весело и очень сыро —
Мы вымокли до самых маек.
Лес опрокинут, перебужен,
Машины воют оглушенно.
А мы несем два капюшона
Жемчужин.

Понимаешь, люди должны рассказывать свои истории другим. Иначе мы задохнемся.

Когда в реальном мире случается что-то страшное, люди говорят, что боль, горе и тоска со временем слабеют, но это не так. Горе и тоска — постоянные величины. Но если бы нам пришлось носить их в себе до конца жизни, то мы бы долго не протянули. Печаль парализовала бы нас. Поэтому мы складываем ее в чемоданы и запихиваем подальше.

Если не любишь человека, он не сможет тебя ранить.

Внутри внешнего человека всегда есть внутренний человек. И внутри внутреннего еще кто-нибудь есть.

Время — не только система знаков, но еще и ресурс. А ресурс исчерпаем.

Только у меня внутри брошенные станции, пустыри
Снегу намело по самые фонари
Полная луна в небе, воспаленном, как от ожога
Смотрит на меня бесстрастно, как на чужого
Потерявшегося ребенка в глазок двери.

Женщина, которая ничем в жизни не занимается, говорит: «Я ищу настоящего мужчину!» Я открою тебе секрет: настоящий мужчина ищет не тебя. Он ищет хранительницу очага. А вы — хранительницы ничега.