Наташа Воронцова

Явилась муза мне: с огромным синяком,
С ногами разными, потрепана и дура,
Но я ее зачем-то взял в свой дом
(Хоть очень не советовал мне Юра)
И оказался полным дураком:
Теперь моя жена — Халтура.

Дороги мои извилисты,
Хотелось бы напрямик…
То смехом зайдусь заливистым,
То резко срываюсь в крик,
Пусть многое не сбывается,
Теряю слова в бреду,
За что-то пришлось покаяться,
Да, кто без греха? Иду.
Мне сиднем сидеть не хочется,
Несутся стремглав года,
Но всем вопреки пророчествам —
Сияет в пути звезда.

Человека, наполненного до краёв сарказмом, остаётся только пожалеть, ибо цинизм и злоба одержали в его душе верх.

Распахнуты окна, сидит, смеётся,
И осень ей нипочём,
И солнышко в локоне светлом вьётся,
Ласкает своим лучом.
Обычное в общем-то в мире утро,
Девчонки задорный смех,
Напомнил о том, что тоска минутна,
Иначе — тягчайший грех.
И я, позабыв о своих несчастьях,
С девчонкою хохочу,
Проходит любое, как сон, ненастье,
С надеждой себе шепчу.

Научи меня, мама, не ждать чудес, не грустить о вчерашнем, нести свой крест.
Научи оставаться самой собой и под градом оваций, в беде любой
твёрдо верить в благое, не множить зла, верх одержит худое, сожжёт дотла.
Как бы больно ни била меня молва, научи быть живучей, как та трава, что везде прорастёт, ей преграды нет, научи меня, мама, беречь свой свет,
чтоб сказала с улыбкой в конце пути: —
Я достойно сумела свой путь пройти.

— Отчего загрустила,
Душа моя?
— Небо хлябью залило
Леса, поля.
Только ельник зелёный
Готов к зиме,
Мёрзнут вязы и клёны,
Не спится мне,
Вспоминается лето,
Тенистый сад,
Сколько песен там спето,
Попасть назад
Я наивно мечтала
Да не смогла,
… показать весь текст …

И вроде бы взрослый, и знаешь как жить,
и есть даже формулы счастья,
и годы сплетаются в мудрость как нить,
что пульсом поёт на запястьях,
вот только упорно сбиваешься с ног,
плутаешь в себе как в тумане,
чтоб после ночами глядеть в потолок,
царапая старые раны.

А в детстве казалось, что станешь взрослеть,
и жизнь будет делаться проще,
ведь ты будешь знать, где расставлена сеть — найдешь хоть во мраке наощупь.
Но жизнь получилась немного иной,
сложнее игры на планшете:
… показать весь текст …

Конечно, дружочек, о вкусах не спорят,
Один любит горы, другой любит море,
Кому-то речушки прекраснее нет,
Ты любишь потёмки, я солнечный свет,
Тебе подавай пышногрудых шатенок,
А я обожаю мужчин, без оценок
Давай обойдёмся, мы всё же похожи,
Ты носишь Вселенную в сердце, я тоже.

Через несколько месяцев, что там, уже недель, добрый город забудется белым и голубым.
Ночь предчувствует снег, ощутимо слабеет день. Обещай мне, пожалуйста, главное: просто быть.
Вовсе не обязательно радовать и сверкать. Если хочешь, молчи. Хочешь — плачь, или негодуй.
Как тебя ни рисуй, ни озвучивай, ни рифмуй, ты — сиреневый ветер, серебряная река.
Ты из жара и нежности, сил и незримых ран, что зовут и горчат, хоть подобны черновикам.
Ты — серебряный воздух, сиреневая река. Только реки всегда возвращаются в океан.
Так устроено жизни премудрое колесо: не для мрака рождается сердце, а для высот. Возвращаются в счастье из льдов и горящих скал, мой сиреневый ветер, серебряная река.

Скоро город забудется белым и голубым, невесомо закружится в улицах снежный блюз…
Обещай мне, пожалуйста, главное: просто БЫТЬ.
Потому что я неисправимо тебя люблю

Некоторые женщины настолько счастливые, что ядом брызжут с завидной регулярностью, счастьем, по всей видимости, делятся с окружающими.