Валентина_Захарова

Если бы родился модельер, одевающий людей в «человечность»,
не было бы цены такому портному.

У понятия «равнодушный» новый синоним — «наполовину деревянный»

Как поем чуть-чуть зефиру,
И пошла писать сатиру,
Видно Муза тот Зефир,
Мозг проел уже до дыр.
Знать в адреналине фишка,
Или сладкого ем слишком,
Коли так и льнёт сатира,
Мозг протёрла аж до дырок.

На лысой голове две мухи ищут взятки,
- Когда-то здесь с тобой играли в прятки,
- Чрез джунгли было скоро не пробраться,
Что б их изжить, как надо было постараться.

Уж думать принято, что мол развратник дур,
В нечищеном курятнике он топчет кур.
Ай-яй, едва ль найдёшь средь них ты дурака,
Что в грязной луже поит «работягу рысака».

Вот запнулся, чертыхнулся,
Чёрт услышал, встрепенулся,
За тобою следом шасть,
Помогает вновь упасть.
Так мораль совсем проста,
Звать-то чёрта на черта.

На «Жемчужину» хожу не мимоходом,
Цель благая в том приходе есть,
Пообщаться хочется с народом,
А людей хороших здесь не счесть.
Кто-то пишет славно стихострочки,
Кто-то афоризмом успокоит,
Нежным ароматом слов, как дочку,
Напоит — то ж дорогого стоит.

Ну и я — стараюсь быть взаимной,
Мне тепла души для вас не жалко,
Всё, что ты отдашь — всё восполнимо,
И вернётся — не ходи к гадалке.

Как могу карабкаюсь наверх,
Пауза — и отдыхаю в нише,
Сердце устаёт, я это слышу,
Спешиться бы надо, только смех,
Там, внизу, завистники хохочут,
Им вершина эта не под силу,
И они вонзают в спину вилы,
И проклятья в небе их грохочут,
Только зря — им это не понять,
Злой посыл их придаёт мне силы,
Буду вверх ползти, чтоб их бесило,
Злыдням устремлений не унять.

Себя считаю я неотразимой,
Не ведая, что отражаема вполне,
Ах, самомнение, да ты неисправимо,
Кичишься, да и жить мешаешь мне.
Ах, право, я совсем неисправима,
Хоть клёвана тем петухом не раз,
Но, видимо, клевала птица мимо,
Коль до сих пор не видит яви глаз.

Бывают души 90*60*90, а бывают нестандартные.
Между стройностью души и её широтой я бы выбрала последнее.