Лена Пчёлкина

когда нет срока карантина
все возвратится верь не верь
онучи лапти и лучина
кудель

Всё пчелиное царство живёт исключительно за счёт взяток. Попробуй не занеси, можно с голоду подохнуть.

за месяц самоизоляций
блестят все окна пол и шкаф,
а как христосоваться братцы
жди штраф

Б. Акунин:
— Сначала это была обычная простуда, которая никогда не заканчивается, что, в конце концов, смертельно надоедает.
С другой стороны, моя жена перенесла это очень легко: три дня температура 37 и всё.
Говорят, что большинство людей вообще не замечают, что они перенесли вирус и получают иммунитет вообще бесплатно.

Я, честно говоря, обрадовался, когда, наконец, приехал доктор на 11-й или 12-й день и сказал, что у меня коронавирус. Потому что я-то думал, что у меня какой-то странный, б…
… показать весь текст …

«А пони тоже кони… »
Екатерина Семёнова

Крошечный пони по кличке Пончик
Катает деток в куртках и пончо,
Деток маленьких и побольше
Из России, Германии, Польши.

Пони Пончик — совсем игрушечный,
Ходит медленно, по-старушечьи,
Осторожно, с миною важною,
По асфальту, от дождика влажному.

Пони Пончик, проданный в рабство,
… показать весь текст …

Улыбка бывает ажурной,
Улыбка бывает дежурной,
Улыбка бывает от злости,
Улыбка виляет, как хвостик.

О, сколько в улыбке сокрыто.
А счастье — в улыбке открытой!

не ешь заказанную пиццу,
а будь премудрым карасём
от пиццы можно заразиться
и всё

Его мысли размножались квадратно гнездовым способом. Урожай был немыслимый.

К кому-то жизнь добра — они беспозвоночны,
В корыте бытия всегда намешан корм.
Чью руку полизать — предугадают точно,
В очах — наива свет, а пасть полна клыков.

Вдруг явится один — насмешлив и печален,
И всё-то не по нём, наготове клинок.
Он циник, мизантроп, он разоритель спален,
Но гения клеймом его отметил рок.

Он вовсе не желал мишенью стать злословью,
Душа была умна, а ум душевным был.
«Люблю Отчизну я, но странною любовью…»,
И затушил свечу фатальностью судьбы.

Если сестра таланта — краткость, то брат — юмор. Так и существует эта семейка под патронатом Михаила Жванецкого, Игоря Губермана и других не менее талантливых литераторов.