Как бы ни было тяжело и печально, но спасает светлая Божья пристань,
которая всегда сияет и зовет. Она должна быть в сердце.

Из ярких листьев
кружится «компенсация»…
в нежнейшей паутинке.
Ах, бабье лето,
живительным лучом
заврачуй мою душу!

Ликующий всплеск пламенного октября рассыпается за окном.
Всё листопадит и листопадит. И волнует душу последней щемящей улыбкой.
Поэтому осень дарит нам на прощание такой светлый порыв,
в котором слова становятся теплее, поцелуи крепче, а любовь еще горячей.

От тепла родной души, даже тишина становится сладкой музыкой.

Дождик смывает
бабьего лета дурман,
легким полетом
упорхнувшей бабочки.
Но на строки падает…
твой согревающий взгляд…
от него расцветает
светлое чувство в душе —
нежным, весенним цветком.

Рисует осень
струящие блики луны
на хризантемах…
И замирает душа
от полуночных картин!

Я такой же, как все, похоже.
Не судьба покорять высоты.
Я — идущий в толпе прохожий,
Персонаж группового фото.

Я хрустальных дворцов не строил.
На любовь растерял все шансы.
Воевал, но не стал героем,
Слава богу, что жив остался.

Я затягивал пояс туго,
И морзянку стучал зубами.
Петь хотел после встречи с другом
И рычать после встреч с врагами.
… показать весь текст …

Я стою у шоссе. Надо мною повис
Пыльный зной. Мне б махнуть да уехать,
На подножку вскочив. Только я — обелиск,
У обрыва последняя веха.

Прикрывая отход в том бою в круговой,
Я кричал лейтенанту Серёже:
— Ты мою не бросай, если что-то со мной!
Он в ответ: — Обещаю. Не брошу.

Я остался. Нас всех наградили потом.
Честь по чести. Живых и убитых —
Им на грудь ордена, а мне парочку тонн
Уходящего в небо гранита.
… показать весь текст …

Я сражён буду насмерть в краю незнакомом.
Рожь колосья сомкнёт надо мной как щиты.
Будет пепел в полях, будет крик в горле комом,
И вопрос в никуда: «Где же я? Где же ты?»

«Отзовись» — я взмолюсь, но тебя не услышу.
Может там — на земле уже всё без меня?
Может быть, полечу я всё выше и выше,
На губах обещанье вернуться храня?

Мне призывно споют трубы в ангельском стане,
Но зачем же, скажи, этот сладостный плен —
Пусть иззубренный меч моим посохом станет,
И поможет подняться с разбитых колен.
… показать весь текст …

Неубиваемая — правда,
Сидит давно уж под замком,
А за решетчатым окном.
Вранья — всем заправляет банда.

Жизнь изменилась на планете,
Куда не глянь кругом обман,
И драка за чужой карман,
Тех — у кого уже всё в смете.

Все перешли давно границы,
У большинства нет прав совсем,
А долг — всегда более чем,
Пред теми — коих единицы.
… показать весь текст …