Те сумасшедшие, кто считают, что они могут изменить мир, в конце концов, его и меняют.

В стаде ты более одинок, чем когда мыслишь самостоятельно.

Порой читаешь высказывание неизвестного тебе человека и хочешь искренне поддержать его лайком, но вдруг высвечивается надпись, что ты оказывается у него в черном списке … вот так неожиданно обрушивается на тебя популярность …)))

— Гюльчатай, открой личико.
— 
— Ох! Матьтвою!Клантус!!!

На рабочих лошадей ставки не делают.

Вы окружены людьми… не сдавайтесь.

Клянусь, что мой онлайн всегда будет гореть для тебя, как око Саурона.

Клянусь, никогда не забывать тебя… стебать и троллить. Обещаю исполнять свой гражданский долг и доводить тебя до психического экстаза, нервного тика и мелкой дрожи в коленях. В любую погоду, в любое время года. В болезни и здравии. В богатстве и бедности.
Пока ЧС не разлучит нас!

Может быть, не может быть, но такое бывает: ясные лучистые глаза, очаровательная открытая улыбка, обезоруживающая приветливость…
Это — снаружи. А внутри — холодная расчетливая стерва.
Как такое совмещалось, ломаю голову долгие годы. Феномен или одна из многих?

А есть ещё на этом свете приторные писатели. Такие сладкие и милые, что хочется им сказать — ребята, много сахара до добра не доведёт. Все эти лингвистические рюшики, все эти ожидаемые восторги, все эти пафосные рассуждения на одни и те же темы — просто не воспринимаются всерьёз.

Говорено-переговорено: о том как надо любить маму; о том как надо жалеть котиков; о том, как красиво падает снег в январе и конечно о том, как в апреле красиво пробиваются подснежники. Вы вообще-то заметили, что климат радикально поменялся и теперь всю зиму идут дожди? Это же ничем не лучше, чем другая крайность — горячо-любимые и буквально-неистребимые в массовом сознании «грабли», «мётлы» и «ковыряние мужских мозгов». Брррррр…

Оттого и не верится. Когда мнимая красота слов, заезженных выражений и избитых тем долбит душу в одном и том же месте. Когда в стакане нет горечи от крепкой заварки, и даже сахара там больше, чем воды.

Ты дал ему то, что он просил, а я дал — то, чего он ждал.