Мне райских радостей не надо,
Но я и в ад не попаду.
Здесь зачарован я от ада
Змеиным упоеньем яда
В земном томительном бреду.

Мы все попались черту в сети.
Земля теперь уже не та,
Как в дни, когда на ясном свете
Еще невинны были дети
И улыбалася мечта…

3(16) июля 1922

Прошлое затёрли,
Будущего нет.
Жизнь вся где-то возле,
Суета сует.

Всё спешим куда-то,
Как шальной беглец.
Ярок бесноватый,
Золотой телец.

Где оно начало,
С ворохом надежд.
Так Душа устала,
Времена невежд.
… показать весь текст …

Хотите идеальных отношений?
Сходите в кино.

Астры к небу повернули личики —
острые, как иглы, лепестки.
Мы с тобой — язычники, язычники,
пьяные от собственной тоски.

Пьяные от мании величия,
друг на друга молимся во мгле.
Мы с тобой язычники, язычники,
мы вдвоём остались на земле.

Наплевав на правила приличия,
прямо с неба, с астрами в руке,
упадёшь. И я тебя, язычника,
искупаю в птичьем молоке.
… показать весь текст …

«Если тебя выбрали королем, а корона оказалась велика, то сначала она упадет тебе на глаза — и ты ничего не увидишь.
Потом она опустится на уши — и ты ничего не услышишь.
Далее она сползёт на уста — ты ничего не сможешь сказать.
В конце концов она упадёт тебе на шею и станет тебе ошейником, за который тебя твои же рабы поведут на казнь…
И ты всё будешь видеть, всё будешь слышать, и всё сможешь сказать…
Но на тебя уже никто не будет смотреть и слушать.»

Мы не слушаем тех,
И не слышим вот этих.
Как же много их всех,
На огромной планете.

Там советуют то,
Тут внушают вот это.
Превращая в ничто,
Ценность просто совета.

Каждый смотрит на мир,
Со своей колокольни.
Не почистив визир,
Вывод — делает вольный.
… показать весь текст …

Когда ты откладываешь книгу и погружаешься в свои мысли, — это значит, что книга выполнила свою задачу.

Нет дороги иной для уставшей от бедствий страны,
Как пойти, торопясь, по пути рассудительных стран.
Все другие дороги безумны, бездомны, страшны, —
Так я думаю, с книгой садясь на диван.
Рассужденья разумны мои — потому не верны.
И за доводом лезть надо в самый глубокий карман.
А в глубоком кармане, внутри пиджака, на груди —
Роковая записочка, скомканный, смятый листок,
И слова полустертые неразличимы почти,
И читать надо тоже не прямо ее — между строк:
Будь что будет, а будет у нас впереди
То, чего ни поэт, ни философ не знает, ни Бог.
Каждый раз выбирает Россия такие пути,
Что пугается Запад, лицо закрывает Восток.

Серебром несбывшихся надежд,
Золотом утраченных иллюзий
Соткан опыт осени — манеж
Исповеди жизни: Ол инклюзив…

Осень целует деревья,
их верхушки становятся багряными от этих поцелуев.