Видишь, первые морозы осень серебрят,
укрывая белой негой сонную траву —
так и мы стоим былинкой прямо на ветру,
но рождаемся, мой мальчик, жить не для себя.
Не себе летают руки над уютом дня,
все грубея, закаляясь в бедах бытовых.
Мы живем — стать жарким сердцем вашей маеты,
и всем телом стать оплотом малому дитя.
Не себе цветы на кухне ставим на столе,
не свои мы укрываем плечи по ночам —
милый мальчик, в этом мире женщина — очаг,
чувство дома дорогого на родной земле.
Не себе над колыбелью песня мягких губ,
не себе мы эти губы дарим целовать.
… показать весь текст …

Прощаю поздние звонки. Разбуженная ночью,
я воздвигаю из стихов венчальное построчие.
Стою в рубахе у окна, как девочка иконная,
в окладе улиц почерневших — случайная мадонна.
Прощаю «я не смог зайти». Зайти ко мне непросто —
приходится идти босым по буквам или звездам,
приходится царапать грудь о письменные тернии
и пробиваться тяжело сквозь клятвы и сквозь ветви.
Прощаю сумерки невстреч. В их матовом покое
молитвы пахнут, как снега, и обрастают смолью
чернильных маковых одежд, страничных белых платьев.
Молитвы пахнут, как снега, а снег — церковным ладаном.
Прощаю все, почти что все: затмение несбытого,
любовниц с мертвенным лицом, надрывные визиты,
… показать весь текст …

Что доставляет человеку радость? Дождь за окном, листья мяты в чашечке тепла, хлебные крошки на ладони и голодные воробьи на кончике каждого пальца — как клавиши неба. Играй музыку души, человек, пиши симфонию жизни. И тут же появляется звучание — смехом, восхищенным вздохом, ахом: «как красиво на свете, как красиво!». А недавно я узнала, что тоже могу приносить человеку радость. Самая обычная я. Вот так просто, непонятно и удивительно искренне — просто сажусь рядом, а человек этот вдруг широко улыбается и становится словно бы светлее изнутри. Этим своим светом он уравнивает меня с дождем, с птицами, с ароматом чая, с широким простором моря или звездного неба, со всей огромной ликующей планетой, взахлеб полной красоты. Я тоже — причина радости. И так хочется сразу сидеть рядом, чтобы улыбка этого человека не прекращалась никогда, длилась и длилась, огибая столетия и эпохи. Потому что его улыбка — это причина моей радости.

Твои чувства крошечны — муравьи на замшевой коже,
твои мысли огромны — их вершины покрыты снегом,
рассказать, что из этого делает нас похожими?
Твои чувства — капельки, падают в руки с неба.
На твоей футболке вышиты тексты песен,
я ее ношу, когда в сердце предельно тихо,
это музыка в форме тела, и это весело —
твои песни пахнут причудливо — облепихой.
На твоем рукаве есть пятнышки темно-синие,
от чернил из ручки или, возможно, моря,
от большого моря — больше любой пустыни.
Я целую пятнышки эти, и ты покорен.
Твои чувства крошечны. Мысли, мысли огромны!
Твои чувства — у моря раковины, жемчужины.
… показать весь текст …

Я лежу на твоей груди, как рубашка августа,
Как на миг застывшие капли на взлетном облаке,
Я лежу на твоей груди, как перо на грамоте,
Постигая чувствами жизнь — безо всякой логики.
Постигая жизнь, как отрезок.
Отрежешь — вздыбятся
На плечах то ли крылья, а то ли молитвы-песенки.
Постигая жизнь пребыванием душ в гостинице,
Из которой выход — до богова неба лесенка.
Постигая жизнь, морщась горечи неотступного,
Постигая жизнь, и на вкус в ней пробуя лучшее,
Безо всякой логики (чувствами, только чувствами!)
Постигая жизнь — я лежу на груди твоей вдумчиво.
На груди твоей шрифтом Брайля любовь написана —
… показать весь текст …

мне с детства нравятся крылья птиц, глаза похожие на стекло (когда ты смотришь в моря глазниц и все никак не отыщешь дно). мне нравятся голоса зверей и трещины на весеннем льду.
апрель швыряет меня за дверь. никем не видимый, я иду.
луна в созвездии Близнецов и небо кружится, как волчок. Динь-Динь бросает пыльцу в лицо, щекочет ветер поверхность щек. моя любовь за моей спиной, летит, крылом разрезая ночь. я с детства дружен лишь с ней одной. она мне мать, и жена, и дочь. она садится мне на плечо…
… показать весь текст …

…Просыпайся, Богиня Реки, чарующая Ло-шэнь. Косы твои легки, ладони качают тень. В изголовье растёт тростник, в тёплых водах тонет луна. Я лежу на твоей груди и под кожей моей Весна…

Нависает цветной Восток, сердце ноет в объятьях вен. Перламутровый мотылёк умирает в живом огне. Покрывается чешуей антрацитовый небосвод, я теряю контакт с Землёй, волны лижут нагой живот.
Обнимай меня, Фея Рек, невесомо касаясь щёк, сверху падает звёздный снег, время лечит и время врет. Мокрый свитер прилип к с…
… показать весь текст …

Мы играли весело целый год: я стоял на месте, ты шла вперёд. Ты держалась курса, я метил в цель. В промежутках были: коньяк, постель, сигареты, кофе, цветной экран, поезда, подземки, огни реклам. Кавардак, сумятица, ерунда;
ничего о нежности,
ни-ко-гда.

Это было правилом для двоих: ничего не значащий перепих. Не касаться сердца, не лезть в нутро, счёт вести по станциям на метро. Знать привычки тела, но не души, нет обета верности — нет и лжи. Не учить, не строить, не приручать. Проходить ма…
… показать весь текст …

Двигаться как комета —
точкой среди полос.
Быть дуновеньем ветра,
прядью твоих волос.

Ссадиной на колене,
трещиной на губе.
Выдохом, вдохом, тенью,
складкой между бровей.

Смело идти по встречной,
медью в руке звеня,
и целовать предплечья
любящей не меня.
… показать весь текст …

Нет ни правильных, ни простых, ни таких, что в пору.
Ни во что не верящие юнцы, прогуляли школу
и вихры покрасили в яркий цвет — киноварь и мяту.
Сигареты смятые не успев под матрасом спрятать.

Никакого дела до новостей, наплевать на войны,
улыбаться криво, пугать гостей и сбегать достойно.
Трек Нирваны в уши — сердитый крик взрослых заглушая,
уходить из дома, ведь мир велик, ведь Земля большая.
Позвонки щекочет сырой туман, ночь лежит у пирса,
на дворе холодный и снежный март, а мы в…
… показать весь текст …