допьём февраль в купе холодном
прокурим ночь до самых звёзд
спасибо поезд что к весне нас
довёз
допьём февраль в купе холодном
прокурим ночь до самых звёзд
спасибо поезд что к весне нас
довёз
мораль и норма просят трезвости
для тех, кто пропадает без вести
среди пьянеющей весны.
стандарты требуют нормальности
для тех, кто вычеркнул банальности
и видит радужные сны.
мы так боимся шага в сторону,
делить печаль и радость поровну
и жить, отчаянно любя.
мы приучились быть обычными
и мерить радости наличными,
Говорю вполголоса,
глажу, как котёнка,
огненные волосы
своего ребёнка.
Станем самолётами,
чтобы на просторе
майскими субботами
любоваться морем.
Засыпай, хорошая.
Солнечное лето
зайчиком в прихожую
к нам придёт с рассветом.
мне снятся глаз твоих озёра
и облако твоих волос,
ночные окна, тени, шторы.
мир многогранен и так прост.
мне снится смех твой и улыбка
и наши взгляды тет-а-тет.
моя фатальная ошибка —
проснуться и понять, что нет
тебя со мной в одной постели
и даже в городе одном.
в одном мы точно протрезвели,
не протрезвели в остальном.
ты снишься мне уже неделю,
и в этой странной пелене
Для счастья мне нужно так много,
для счастья мне нужно так мало:
чтоб время нас не поломало,
и не донимала тревога
наш маленький сказочный остров,
наш пламенный рай сумасшедших,
случайно друг друга нашедших.
И кажется, это так просто:
вот ты, а вот я, и мы вместе
идём по дороге куда-то,
куда-то, где нет адресатов,
вот-вот и мы будем на месте.
И кажется, это так странно:
что нету чего-то в итоге,
в тесной неухоженной каморке
капилляры трещин на стене,
времени нестираные шторки
множат одиночество теней
на скрипящем лаковом паркете
и в сырых озлобленных углах.
кто-то, улыбаясь на портрете,
через пыль на тёмных зеркалах,
отражаясь долгими часами,
сколом отражение грубя,
выцветшими детскими глазами
смотрит, не мигая, на себя.
белый саван скомканной постели
помнит всех кого собой согрел,
мысли спутались под вечер,
как наушники в кармане.
я успешно не замечен,
лёжа на своем диване,
этим сумасшедшим миром.
я тону в своей свободе
беззаботным дезертиром
в неизвестном эпизоде
этой зимней киноленты
под названием «Усталость».
сам себе — аплодисменты,
и почти что не осталось
чувства вроде нигилизма
и «в семье не без урода»,
в окне напротив дом привычный,
обрывки дня, остывший ужин,
у всех по жизни всё отлично,
и каждый никому не нужен.
неловкий взгляд прощальной встречи,
навеки растворились лица.
все говорят, что время лечит, —
никто не знает, где больница.
влюбляться в этот лунный локон,
посередине февраля,
но мне малюет вид из окон
дождливым около нуля,
я тьму рисую этой строчкой,
а этой комнату свою,
а этой выстрою цепочку
к тому, как без тебя сбою.
ты там, я здесь, а где-то между
упала ночь на города,
и душу под моей одеждой
пытают сны и холода,
врачи вскрывали осторожно
и где-то там на глубине
вдруг отыскали человека
во мне
я брошу жизнь на поиск мира,
в котором нет противоречий.
луна горит ориентиром,
и ты идёшь ко мне на встречу
разбить тоску моей квартиры.
откинешь волосы на плечи,
смеясь, сказав: «капитулируй!»
наполнишь светом этот вечер.
живи, стучи во мне, пульсируй,
сгорят миры, погаснут свечи,
умрут все боги и кумиры.
ты спросишь: «спишь?» и я отвечу,
что сон остался вне эфира,
пусть этот будет бесконечен.
стелить шаги твои нежностью
по-маяковски хочется,
белить есенинской снежностью
чёрное одиночество
моей безвыходной комнаты
имени тени Бродского,
дна мандельштамского омута
и шалашей Высоцкого.
полями русскими Летова
в вечном своём скитании
искать себя беспросветного
в лунном твоём сиянии.
закрой словами прекрасными
в сердце моём пробоину.
в детстве мама накрывала
одеялом, говорила:
«спи, сынок, уже так поздно,
нужно набираться сил».
мама, что со мною стало?
кажется, что лопнут жилы,
я собою не опознан,
я себя исколесил
в поисках тепла и лета,
правды, веры и надежды,
совершенства, идеала,
мыслей светлых и простых
и счастливого билета.
я кричу о тебе громко
и пою о тебе хрипло,
у меня без тебя ломка,
я тону, за буйки выплыв
в океан твоего взгляда,
на волне своего чувства.
мне так нужно тебя рядом
на кровати, где так пусто,
в доме, где без тебя тихо,
в мире, где чёрный цвет — норма.
время лечит во мне психа,
только псих всё равно в форме.
посмотри на мои строки —
я в них буквы твои прячу,
я приподнял повыше ворот —
не заболеть бы к выходным.
моя весна вернётся в город
неспящим поездом ночным.
она возьмёт такси до дома,
где леденящие ветра
почувствуют её симптомы,
почувствуют, что им пора
нести её в своих ладонях
по этим улицам больным,
зима отправится в погоню,
но сгинет где-то по пивным.
весна несётся по проспектам,
целуя лысину вождя.
да, мы не в одной комнате,
и пусть города разные,
но это уже частное.
и я говорю: помните,
как зимы ушли в прошлое,
моря стали вновь шумными?
я что-то твердил умное,
я что-то шутил пошлое
и всё разбавлял нежностью,
смеялись вы так искренне.
а я угонял с пристани
кораблик с границ снежности,
что нас уносил к острову.
мечталось светлей светлого,
шатаясь, человек
по улице идёт,
поёт про белый снег,
поёт про серый лёд.
он просто сильно пьян,
а, может, инвалид,
он падает в бурьян.
внутри него болит
всё то, что не кричит
и больше не поёт.
и он скулит в ночи
про снег и серый лёд.
и тишина кругом,
и никого вокруг.
огромного счастья — не бейтесь на части
большого здоровья — болейте любовью
удач и успеха — и башней не съехать
прекрасных улыбок — и меньше ошибок
весны и тепла — как жизнь бы не жгла
жары и огня — и пламя храня
полёта души — огонь не туши
простого добра — чтоб в сердце искра
достатка достатка — стреляйте в десятку
радушного дома — облома обломов
спокойного мира — прямого эфира
подарков вселенной — и жизни без тлена
душевных людей — безумных идей
волнующих встреч — любимых беречь
пиши меня по жизни красной ручкой,
веди меня уверенной строкой.
я закопался в спаме и текучке
и по ночам соседствую с тоской.
пиши меня морозными ночами
дрожащими руками на ветру.
над нашими продрогшими плечами
развесили смешную мишуру
блестящих разноцветных украшений,
и город абсолютно замело.
теперь мы новогодние мишени —
скульптуры, проводящие тепло.
пиши меня сегодня по-другому,
стирай меня, и заново пиши,
Лариса РигаВсё в нашей жизни происходит не просто так.)
Лариса РигаОставаясь верным себе и своим принципам, конечно же, не стоит размениваться по пустякам.
GamesOverЗдравствуйте! Прочла Ваш комментарий и улыбнулась.. А я почему-то увидела в руке кристальной чистоты...
Амалия Сирин ИсраиловаЛариса,вы правы! Волна - это действие, пустота - бездействие. Но моя мысль была не в том, чтобы прир...
Наташа ВоронцоваИ слава Богу, что никому это не по силам))
GamesOverОчень красиво написано моя дорогая.. Поэт и есть поэт - в каждой мысли присутствует образность....
Magistika📚Жан-Кристоф (том 4)
В одном, по крайней мере, он разделял мнение Кристофа: прежде чем бороться...
Амалия Сирин ИсраиловаВидимо, "настоящее слово" слишком прямо ходило -прямо мимо твоего понимания)Твоя теория про "бессозн...
Ира FEDВ детстве фортепиано мучило меня, я в ответ мучила его! Но с годами это стало только важнее, потому...
#1270840 Повтор публикации #639829?
#174141 Исправить текст публикации?
#1259295 Повтор публикации #174141?
#870044 Повтор публикации #715450?
#854106 Исправить текст публикации?
#1383527 Изменить авторство на © Элизабет А. Картер 0, Моника Мак-Голдрик 0«Цикл семейной жизни»?
#544647 Изменить авторство на © Крис Картер 0«Змеиная кожа»?
#2235338 Повтор публикации #24557?
#1264935 Повтор публикации #1233319?
#296544 Исправить текст публикации?
все ⮕
Божий Глеб 29 мая получил Белый жемчуг
Natali Ivanova- 27 мая получила Розовый жемчуг
Альбина Соколова 26 мая получила Белый жемчуг
Женя Еременко 26 мая получил(а) Розовый жемчуг
Tatyana Sinyavskaya 22 мая получил(а) статус автора
Валентина Лавина 22 мая получила Белый жемчуг
Лоли Персик 21 мая получила Белый жемчуг
Джулия Свон 21 мая получила Белый жемчуг
Леший 21 мая получил Серебряный жемчуг
Андрей Шумилов 1711 17 мая получил статус автора