Способность улыбаться человеку в глаза и вести спокойную беседу, в то время как хочется оторвать голову этой твари — это не лицемерие. Это воспитание и вежливость.

Она улыбалась, слушала… только уже не верила

Наша память — это не ларец из слоновой кости в пропитанном пылью музее. Это существо, которое живет, пожирает и переваривает. Оно пожирает и себя, как легендарный сфинкс, чтобы мы могли жить, чтобы оно не разрушало нас самих.

Она хочет остаться друзьями. Мне же остается лишь поменять любовь на дружбу, или же исчезнуть из ее жизни навсегда. Я выбираю второе. Почему? Потому что так и должно быть… Нельзя поселится в сгоревшем дотла доме.
— Нет, — быстро сказал он. — Только не это. Остаться друзьями? Развести маленький огородик на остывшей лаве угасших чувств? Нет, это не для нас с тобой. Так бывает только после маленьких интрижек, да и то получается довольно фальшиво. Любовь не пятнают дружбой. Конец есть конец

Я боюсь пустых глаз… Больше всего я боюсь заглянуть в глаза дорогого мне человека и увидеть там темноту и холод… это сложно понять, это надо почувствовать. И даже врагу бы я не пожелала окунуться в этот глубокий холод, наполненный колкими осколками безразличия…