Юрий Тубольцев

Как говорил один режиссер: А случайности я роли не давал!

Раскольников не послушал Достоевского и сварил из топора кашу. Но старуха-процентщица объелась кашей и все-равно померла.

Человек — это сплав обезьяны с фантазией Дарвина.

Легче вылезти — когда ты в яме, чем когда яма в тебе.

В каждой звериной мордочке я вижу человека, в каждом человеке я вижу звериную морду.

Человек — продукт шуточный.

Мужчина и женщина — это два маятника, колеблющихся и шарахающихся друг от друга и притягивающихся.

Не хлебом единым жив человек будет, а двойным чизбургером.

Человек — это не знающая любви обезьяна.
Человек — это хрен что по сравнению с обезьяной.
Человек — это этап возвращения обезьяны к своей истинной сути, которая заключается в удовлетворении зоофилических потребностей Дарвина.
Человека сделал последний штрих рисовавшую саму себя обезьяну. Она замазала хвост.
Дарвин был Малевичем, но это пока тайна.
Хочешь понять себя — пойми обезьяну.
Поскольку моя фамилия ничем не отличается от фамилии Дарвина, я отменяю эту обезьянью хренотеорию.

Слово на белом листе делает его мозаикой, ибо контексты безграничны.