Юрий Тубольцев

Бессмысленность — главное основание для любого вывода.

— Девушка, а можно попробовать с Вами познакомиться?
— Молодой человек, никогда ничего не пробуйте! Делайте сразу и на совесть!
— Спасибо! Меня Боря зовут!
— А я Вас не звала!
— А Вы же сказали, чтобы я на совесть знакомился!
— Молодой человек, знакомятся не на совесть, а на интерес, и только бессовестные!
— Девушка, а я не бессовестный! Я просто прохожу инициацию, я девственник! Это у меня не пройденный этап!
— Молодой человек, даже, если у Вас задержка в развитии и Вы недоразвитый, заповедь «не блуди» все-равно к Вам относится!
— Так что ж мне теперь, комплекс неполноценности свой расширять?
— Молодой человек, неполноценны те, кто блудят!

— Люди, не играйте в мяч носами, станете морскими котиками! — сказали по громкоговорителю.
— Люди, не играйте в мяч носами, станете морскими котиками!
— Люди, не играйте в мяч носами, станете морскими котиками!
Я закрыл окно и зашторил шторы, но из окна все-равно доносилось:
— Люди, не играйте в мяч носами, станете морскими котиками!
А я так и не понял, зачем нужно такое странное предупреждение…

Чтобы отвлечься от глобальных затруднений, создавай себе мелкие трудности.

Обезьяна — вечно гложащая человека мысль (почему-то и для чего-то…).

Рыночной логике чужда классическая логика Аристотеля.

Твой Путь не пройден, если на нем ты пересек путь черного кота.

Нельзя создать такую женщину из злата,
Которая поддалась бы разврату!

— А как Достоевский стал мужчиной? — спросил Вовочка у Марьи Ивановны.
— Раскольников для Феди вырубил топором из старухи молодуху! — ответила училка.
— Как? Всего одну? А я-то думал, что Раскольников вырубил из старухи сразу сорок молодух! — сказал Вовочка и не стал читать Достоевского.
— А я сама свечку держала, Достоевский и с одной молодухой не справился и так и остался девственником! — ответила Марья Ивановна.
Кончилось тем, что Некрасов с Тургеневым сочинили на Достоевского стишок:
Рыцарь горестной фигуры,
Достоевский, милый пыщ,
На носу литературы
Рдеешь ты, как новый прыщ…
(а поначалу восклицали: Новый Гоголь явился!!!)
Но это к делу инициации великого писателя не относится.
Достоевский попал в День Сурка и стал каждый день рубить из старух молодух.

— А ты топор ни с чем не путаешь? — спросила у Раскольникова старуха.
— Может, ты Дон Жуан и тебе молодая нужна?
— Да, я, видимо, играю не свою роль! — согласился Раскольников.
— Федор Михайлович, а, может, я Дон Жуан? — спросил Раскольников у Достоевского.
— Руби старуху и не парься! — сказал Достоевский.
Так и был дописан роман «Преступление и наказание».
— Дописал роман — не забудь смыть за собой! — сказали критики.