Говорю уходящему дню —
Его ветру, его изумруду
И его заревому огню:
«Я тебя никогда не забуду.
Не забуду ни свет твой, ни тень,
Ни твои золотистые пятна».
«Всё забудешь, — ответил мне день, —
Всё забудешь, но слушать приятно».
2016

А всё-таки спинку бы надо держать,
Не складывать крылья, как лист не дрожать,
Все дни без разбора — и вторник, и среду,
И прочие дни отмечать, как победу
Веселья над грустью, рассвета над тьмой,
Сиянья над хмарью, весны над зимой.
А ежели носа не можешь не вешать,
Ищи поскорее, кого бы утешить,
Кому бы сказать: «Не тоскуй, не грусти».
Глядишь, и себя ты сумеешь спасти.

Цветные варежки висели на резинке,
И щи варились на чадящей керосинке,
На ёлке праздничной жил лебедь восковой,
Стучали ходики. Да есть ли кто живой
На той планете? Но покамест я живая,
Я, самым кончиком пера их поддевая,
Картинки хрупкие над пропастью несу
В свой день сегодняшний в надежде, что спасу.

Я знаю тихий небосклон.
Войны не знаю. Так откуда
Вдруг чудится — ещё секунда,
И твой отходит эшелон?!

И я на мирном полустанке,
Замолкнув, как перед концом,
Ловлю тесьму твоей ушанки,
Оборотясь к тебе лицом.

Я всё здесь знаю назубок.
Вот яблока подгнивший бок,
А вот скрипучая калитка,
А вот серебряная нитка
Дождя, что с ночи моросит,
Вон паутина, что висит
Под самой крышей на терраске,
Вон даль, меняющая краски.
Я изучила всё, любя
Мир, подаривший мне тебя.

Надо в школах ввести очень важный предмет —
Тот, которому равного, думаю, нет:
Надо радости с раннего детства учить.
Надо эту науку в программу включить.
Надо залежи счастья учиться искать.
Надо знать как суметь его не расплескать,
Чтобы в возрасте позднем, почти на краю
Сохранить нерасплесканной радость свою.

О как же я поизносилась!
Я, как избушка, покосилась,
Я обветшала, как забор,
Напастей явный перебор.
Но, взгляды на меня кидая,
Поверьте мне: я молодая
И, коль поверите вы мне,
То в самой-самой глубине
Моей отнюдь не юной плоти
Вы душу юную найдёте.
Что? Говорите — не видна
Душа? Наверное, она
Опять так сильно окрылилась,
Что где-то в поднебесье скрылась!..

А весна ещё в возрасте нежном,
В нежном возрасте сладостном, снежном.
У неё голосок ещё ломкий.
Она всё ещё ходит по кромке
Ледяной, что хрустит и крошится.
Ей так трудно на что-то решиться:
То к зиме её тянет прижаться,
То за место под солнцем сражаться.

Зачем я выросла большая,
Себя всех радостей лишая
Ребячьих — салочек, лапты,
Общенья с живностью на ты,
Подружки преданной за стенкой
И молока с волшебной пенкой,
Сирени в каплях дождевых
И взрослых любящих, живых.

Там, где ни ночи и ни дня,
Где бытие давно нетленно,
Там столько любящих меня
И нежно, и самозабвенно,
Готовых на защиту встать
Судьбы моей, пути и цели,
Готовых за меня отдать
Всю жизнь, когда б её имели.