Виктор Харламов 2

Оливам — вечность, каждому — свой час,
Надежда дарит; лишь в стихах… — нет смерти…
Мир, в бедной рифме слова не угас,
Невежество племён познав, поверьте.

У зрения есть множество причуд,
Знай, множит их… — неугомонный люд.

Сражает секса волшебство всех нас;
Любовь слепой становиться «подчас».

Ломаем судьбы, состарим девушек до женщин, до бабушек вряд ли, иначе нет возможности. /"Мужчины"/

Как жёлтый одуванчик у забора

Запах дёгтя сотни тысяч в прошлом,
Паруса эпох и грёз, идей
Звавший в лучшее в прекрасном, пошлом,
Важен для людей.

Юфтевый, российский в дальних весях,
Сосен и берёз распад в огне,
В чистых ли ручьях иль в мутных взвесях,
В мыслях всех не вне…

Он тлетворно пропитал страницы
Радугой свободы слова лет
… показать весь текст …

«Служенье Муз не терпит…» мелких фраз… Прекрасное, по сути, — проще слова…

Мужиков всё меньше, даже алименты на своего ребёнка платить некому.

Отлично зная слабости твои,
Истории пороков и падений,
Я оправдаю страсть измен в любви,
Запятнанной души сплошные тени.
Любви и счастью не нужны слова;
Знай, буду прав я, если ты., — права.

«Сталин — революционер? А любит красный перец?.. Настоящий революционер обязательно ест красный перец…» Он отхлебнул из кружки и заметил: «Александр Македонский наверняка обожал красный перец. Он великий человек и революционер в своем деле. И Сталин, конечно, ест перец. Ешь перец и ты… Давай, если ты революционер…»

Из солнца знойного варенье сам варю

Вчерашний зной сменился на прохладу,
Его плоды собрав ещё вчера,
Варенье, мармелад, не дважды к ряду,
Готовлю, оторвавшись от пера.

От Солнца дивный фрукт из Аргентины
Глянь, каждый плод грамм за 150 — ят,
Есть до 200 -сот, в нём вкуса именины,
Любви нюансы… Пуще (?), — на кой ляд.

Раздвоены оранжевые в страсти,
Медовые, в них райский аромат;
… показать весь текст …