Мои письма родным и друзьям постоянно конфисковывали как клеветнические. В скудной лагерной библиотеке было полное собрание сочинений Ленина. Я взял том переписки Ленина, стал переписывать его письма к Горькому, Крупской, Арманд и др. деятелям и подавать в цензуру как СВОИ. В этих письмах не было изменено ни слова. Все они были конфискованы как «антисоветские». В итоге меня потащили к психиатру, т.к., по мнению КГБ, такие письма мог написать только псих. От заключения «невменяемый» меня спасло признание, что все мои отправления — копии писем незабвенного Ильича.

(Из записей Марка Неснова)

Одной мадам Гальперин хватило бы на весь земной шар, чтобы оставшаяся часть населения заразилась махровым патологическим антисемитизмом, включая и урождённых евреев, которым выпало несчастье с ней столкнуться.

Мадам Гальперин (а так во дворе называли только её) учила всех жить и воспитывать детей.
Особенно она мучила еврейские семьи, которым национальная солидарность не позволяла выставить её за дверь.
Дети её ненавидели за это, а взрослые — за постоянные нудные поуч…
… показать весь текст …

Население разделилось на тех, кто любит чеснок или лук. Одним по душе, когда им льстят и ЛУКавят, а другим подавай острую правду, так сказать, разговор «по чесноку»)

Эту истину, конечно, каждый знает.
Она многим нА душу елеем:
—  Некрасивых женщин не бывает!
Просто кто-то чуточку милее.

Не критикуй других за ТО, что позволяешь себе.

По русским меркам я уже старик.
По европейским — в возрасте мужчина.
И просится на голову парик,
И плохо вижу, что за чертовщина?
Проснувшись утром думал, что в раю!
А свесив ноги, понял — обознался.
Как будто я над пропастью стою,
А может со скалы, какой сорвался.
Болят суставы, ноет поясница.
И половицы подо мной скрипят.
Прислушался, а скрип то в ягодицах,
Не разбудить бы — в доме еще спят.
А лет то мне всего лишь шестьдесят.
Не зря спешат на пенсию отправить.
… показать весь текст …

Гибкость ума обламает любую железную логику.

Людей страшат три вещи-болезнь, бедность и смерть.

Наша речь, на прямую зависит от нашей суетной жизни, которая связана со страхом, раздражением, алчностью, расточительностью и заблуждением…, обуздав все эти страсти, наша речь становиться сильной и убедительной, подавляя всякую ложь, которая желает нас опутать и окрутить.

Вдохновение — это творческий порыв на одном дыхании.