Фёдор Рущинский

Слова как валуны, что в слово слоге,
Бывает в рифму, сложится куплет,
И светел в слово блудном диалоге,
Юмористический философа памфлет.

То хорошо, что в сущности не плохо,
А плохо то, что не совсем уж хорошо,
Коль нет добра не стоит ахать, охать,
Вот Водолей напился водки-это зло.

Не лезьте на рожон, который в бренде смысла,
Не нравится мне жемчуг спорных мыслей
И не люблю я также в рифму серебро загадки,
Коль заменять тут три шестёрки, то на три девятки.
Там холиварский срач устроят юмористы,
И парадигма их под слоем стопудовых истин,
Пусть нам они подарят золото молчания,
Как образец к примеру подражания.
Бедлам, бардак, весёлый дом, всё в нём вверх дном,
Чёрт ногу сломит и потом расставит по порядку тот разгром.

Жизнь-беспорядочный, непредсказуемый, чудесный дар.
Закономерен в хаосе предметный равновесия удар.
Тут хаос как отсутствие порядка, всё суета сует,
Но в мире станет всем не по себе, когда звучит: «Да будет свет!»
Принцесса света и служитель тьмы, кого из них предпочитаем,
Кому почтение представим мы? Ответ закон предполагает.
Так кто же всё же управляет нами тут и там
И кто же контролирует, всё расставляя по местам?
То там, то тут, привидится случайно среди программ
Законный хаос, а может быть в отчаянии есть просто шум и гам.

Закономерность
Мирозданием правит закон,
С ним правитель, который в законе,
Закономерность поставил на кон,
А случайности будут в загоне.

Хаос
Главный на свете случай,
Хаос подарит он всем,
Разум же свой не мучай,
В разнообразии тем.

В добром слове есть добро,
В философском только мудрость,
С выбором, увы, не повезло,
Выбрали вдруг камасутру.

Вьётся лентой бесконечности дорога,
И напрасен поиск смысла потайного,
Разных направлений в ленте слишком много,
Вечных, безграничных, всех без дна цветного.

В огороде чистота,
А в Киеве нечисть,
Сплошь бессмыслица одна,
Критиков не перечесть.

Вилами по воде писал,
Если бы в точности знал,
Но это опубликовал,
Дурость свою показал.

Ему-дураку все трын-трава,
Нет ни в чём у глупца сомнений,
И нипочём балбесу молва,
Нету совести угрызений.