В детстве мы любили играть в «испорченный телефон». Человек пять или больше садились на скамейку, водящий наклонялся и быстро шептал крайнему на ухо короткую фразу, тот так же быстро шептал услышанное следующему и т. д. Последний вставал и громко говорил то, что услышал, затем водящий озвучивал изначальную фразу. Все смеялись, поскольку из «Распили дощечку» получалось «Пошли на речку», а бывало — и вообще что-то непохожее.
Игра так называлсь, поскольку в те времена телефонная связь была не слишк…
Пройдя пару кварталов, Косяк увидел двух мужиков, которые поили его пару дней назад.
— Васька, Колька, здорово! Пошли, бухнём? С меня должок! — поприветствовал он их.
Мужики обернулись — и тут же буквально сложились от хохота.
— Вы чё? Правда, и водяра, и красненькое есть, — продемонстрировал обескураженный Витя бутылки. — И закусь имеется!
— Да ты на себя посмотри! — выдавил сквозь смех Васька. — Мы ж тебя только по голосу узнали!
Витя подошёл к тёмной витрине закрытого магазина и посмотрел на своё отражение. В самом деле, узнать его было непросто. На лбу, на щеках, в волосах, а особенно — в бороде было столько жёлтых и красных листьев, что он казался каким-то сказочным персонажем.
Быть старым дано далеко не всякому, доживающему до преклонного возраста, но лишь тем, кто живёт естественной жизнью, соответствуя, а не противясь времени.
Когда ребёнок совсем ещё маленький, с ним очень легко справляться. Надо, например, отобрать у него конфету, а он не хочет, орёт. Тогда умный родитель что делает? Суёт ему пищащую игрушку и, пока ребёнок её жмякает, быстро меняет конфету на соску. Взрослые люди — когда они в массе — в этом плане не сложнее ребёнка. А может, даже проще. Дети бывают упрямые: не нужна ему никакая игрушка, а конфету он не отдаёт. А народная масса, она покладистая. Дали игрушечку? Всё. Она её послушно вертит и ни о чём другом не вспоминает.
Ощущение счастья возникает у меня часто, и чаще всего оно связано с погодой. Иногда с музыкой. Иногда появляется хорошая стихотворная идея, она даёт чувство собственного всемогущества.
Конечно, гении принадлежат всему человечеству, и таланты лучше всего вызревают на почве, сдобренной многими народами. А потому, если в вашем присутствии знакомый армянин начнёт перечислять имена ещё более знакомых армян, например генералиссимуса Александра Суворова или мариниста Ивана Айвазовского, не надо презрительно щуриться: всё равно от вашей неосведомленности покорённые Альпы не станут низменностью, а потрясающий «Девятый вал» — штилем.
Когда чувствуешь, что в душе какие-то застряли неуютные моменты,
то лучше, не спеша посозерцать, побыть наедине с природой, с музыкой,
благодаря этому, ты снимаешь ненужную нагрузку с мыслей,
и освобождаешь душу от неуюта.
Слышишь, тревожные дуют ветра,
Нам расставаться настала пора.
Кружится, кружится пёстрый лесок,
Кружится, кружится старый вальсок,
Старый, забытый, старый забытый вальсок.
Ты, совершая положенный путь,
В дальнем краю это всё не забудь,
Эту реку и прибрежный песок,
Этот, негромко звучащий, вальсок,
Этот негромкий, этот негромкий вальсок.
Мы расстаемся, чтоб встретиться вновь,
Ведь остаётся навеки любовь.
Тракторист дядя Слава попробовал некоторое время не пить.
И на шестой день начал припоминать, что двенадцать лет назад он, будучи успешным столичным кардиологом Соломоном Марковичем Шниперсоном, приехал в эту деревеньку просто порыбачить…
Если говорить о посттравматике, есть очень интересная вещь: чем дальше военные от реального столкновения, тем меньше проявления посттравматики. У лётчиков, которые бомбили с высоты, её практически нет. Могут быть какие-то угрызения совести у каких-то очень совестливых людей. А у вертолётчиков посттравматика уже есть.
Искусство, это не всегда что-то возвышенное и прекрасное.
Существует другая сторона на которой самые низменные инстинкты человечества оттачивают свое мастерство…
Искусство лжи, искусство чужих ролей и масок, а исскуство предавать …
Это особенное искусство и почему-то самое популярное. Переступая через все святое оно процветает на горе и бедах.
И ведь никто не виноват, кроме нас самих в том, что преданность уступила место предательству.
Так проще …
Только вопрос, кому.
Идёт суд по делу о плагиате.
Федя Придуркин подал иск, в котором обвиняет Гришу Замороченного в том, что он украл у него мысль.
Начало суда.
Гриша-ответчик, вместо вступительного слова, врезал Феде по мордам перед всеми собравшимися в зале суда.
— За что?!
Воскликнул Федя.
— За то, что ПЛОХО ОБО МНЕ ПОДУМАЛ сейчас!