spayn

Кофе надо пить в три приёма.

Сначала мелкими глотками выпить приблизительно полчашки чистого кофе.

Затем в остаток кофе вылить треть рюмки коньяку, получается смесь, которую надо медленно смаковать.

И, наконец, вылить коньяк в неостывшую чашку, это и называется «рюмочка после обеда».
Ею-то и прополаскивают нёбо.

Да здравствует все то, благодаря чему мы, несмотря ни на что!

Россия ходила не в лаптях. Россия ходила в сапогах, прочных, смазанных дегтем, а то и хромовых. Она ходила в теплых валенках, в полушубках, в тулупах, в сюртуках, в косоворотках, в сарафанах, в высоких женских сапожках, в длинных платьях, в картузах, в цилиндрах, во фраках, в крахмальных манишках, в костюмах-тройках, в крылатках (как, например, пролетарский писатель Горький), в лисьих шубах, в собольих шубках, в бобровых шапках и воротниках, в персидских шалях, в голландских кружевах, в ярких ситцах, в сукне, в соломенных шляпках, под яркими зонтиками, в шелку и атласе, в коралловых бусах, в нарядных черкесках, удобных и здоровых для тамошнего климата халатах (если взять Среднюю Азию). Дубленые женские шубки с опушками, украшенные и вышитые, были обыкновенны в России. Да и вообще странно было бы в России хотеть что-нибудь купить и не купить. Не найти, не достать, по-нашему. В России было все, что было в тогдашнем мире, да сверх того было немало и своего, российского.

Водка изменяет движение времени, и бутылка становится единственным хронографом. Возможно, именно поэтому классическая водочная бутылка прозрачна и бела. Необходимо отчётливо видеть, сколько в бутылке содержимого. Сколько выпито, и сколько осталось — это и есть точное застольное время.

В своей жизни я напивался тысячу пятьсот сорок семь раз, но никогда — утром.

Прежде чем называть женщину «Зайка», подумай хватит ли тебе капусты и не подведет ли морковка

Прораб Василий настолько хорошо владеет интонацией, что фразой «Твою мать!» может и поругать, и похвалить, и поздороваться, и даже выразить соболезнование.

…Он говорит, что в детстве его мамка ушибла, и с тех пор от него отдает немного водкою.

Сколько водки выпито!
Сколько стёкол выбито!
Сколько средств закошено!
Сколько женщин брошено!
Чьи-то дети плакали,
Где-то финки звякали.

Эх, сивуха сивая!
Жизнь была… красивая!

Нигде так быстро не разговоришься с людьми, как в поезде, в тюрьме и в пивной.