Надя Андрюшина

Софья Андреевна Толстая рассказывала, что Лев Николаевич Толстой во время работы над эпопеей «Война и мир» однажды вышел из кабинета весь в слезах. Его спросили:

— Что случилось?

Махнув рукой, он досадливо ответил:

— Да что вы понимаете?.. У меня только что умер князь Болконский…

Ахматовой посвящено несколько сотен восторженных стихотворений, посланий, эпиграмм. Часть этих творений она сложила в особую папку, которая называлась «В ста зеркалах». В этой папке — посвящения от Гумилёва, Блока, Мандельштама, Кузмина, Клюева, Недоброво, Хлебникова, Пастернака, Асеева. Из молодых поэтов, окружавших Ахматову в последние годы её жизни, такой чести удостоились Бродский, Найман, Бобышев, Рейн.

Вот некоторые из них:

***
Как Чёрный ангел на снегу,
Ты показалась мне сегодня,
И утаи…
… показать весь текст …

Наш котик постоянно перебирает харчами. Может не есть пару дней, пока я не сломаюсь и не дам «вкусненькое».

Собрались в отпуск, попросили дочь посмотреть за животиной, варить и кормить. Дочка сообщала, что кот ест все, что дают, дочиста вылизывает тарелку и съедает добавку. Муж подтрунивал надо мной все время отпуска, предложил записаться на курсы готовки для кота, взять у дочки мастер-класс, записать рецепты и т. д.
В общем, развлекался нехило.

Сегодня ночью вернулись домой. Котик вышел встречать, сонно щуря глазки. Дочка заходила вечером, положила ему в тарелку кашу, и в холодильник ту же кашу, чтобы утром его покормить. Спросонья кот пришел на кухню, резво сточил кашку и пошел спать.

Утром кот, видимо, сообразил, что хозяева вернулись. Покрутился вокруг ног, потерся, намекая, что пора бы подкрепиться. Я положила ему вчерашнюю кашу. И что? За весь день не съел ни грамма. Лежит около тарелки, смотрит на меня с умирающим видом, и иногда, сгорбившись, лакает водичку! Я пока держусь…

Жене всегда нужно говорить правду! Вот пример.

Еду я как-то в поезде Москва — Санкт-Петербург. Вдруг с верхней полки свешивается женская нога в ажурном чулке и умопомрачительной шпильке! Женщина спускается, завязывается знакомство, которое продолжилось в одной из петербургских гостиниц.

Пишу СМС жене: ехал в поезде, подвернулась нога, сейчас лежу в гостинице, целую, люблю!

Пусть ни один сперматозоид
иллюзий никаких не строит,
поскольку весь наш коллектив
попал в один презерватив.

«…Весь день я хожу унылый, обессиленный, сгорбленный. Суета и шум болезненно бьют по моим опустившимся нервам, дневной свет режет мои слабые глаза.

Работа мне опротивела, и я уже давно не прикасаюсь к кисти, — с того самого времени, когда мне была за моих «Вакханок» присуждена золотая медаль. Начатые картины висят на стенах и на мольбертах, покрытые паутиной. О! Если бы мне удалось передать на полотне то, что уже давно овладело моими грезами и снами! Мне кажется, что если бы кто-нибудь сумел вс…
… показать весь текст …

Какое очарование души увидеть среди голых скал, среди вечных снегов у края холодного мертвого глетчера крошечный бархатистый цветок — эдельвейс. Он один живет в этом царстве ледяной смерти. Он говорит: «Не верь этому страшному, что окружает нас с тобой. Смотри — я живу».

Какое очарование души, когда на незнакомой улице чужого города к вам, бесприютной и усталой, подойдет неизвестная вам дама и скажет уютным киево-одесским (а может быть, и харьковским) говорком:

— Здравствуйте! Ну! Что вы скаже…
… показать весь текст …

Леонид Утёсов блестяще владел жанром юмористического рассказа. Вот как Утёсов, по воспоминаниям юмориста Леонида Усача, рассказывал и по ходу играл «Сцену на челне».

— Слушайте, люди, представьте себе, что наш русский национальный герой Степан Разин, как выяснили компетентные органы, совсем не Степан, а Сеня и не Разин, а Райзман. Ну, прошу вас, представьте себе. Между прочим, это не трудно. Райзманы тоже бунтовали, когда им наступали на мозоль…
— Так, вот утро. Солнце выходит из своей царской…
… показать весь текст …

Черчилль, Рузвельт и Сталин проводят встречу в Ялте. Черчилль достает сигару из кожаного портсигара и оставляет его открытым на столе. Остальные двое видят надпись: «Премьер-министру Черчиллю, спасителю империи». Некоторое время спустя, Рузвельт закуривает сигарету и кладет на столь свой серебряный портсигар, на котором написано: «Нашему президенту Рузвельту, вытащившему нас из великой депрессии». И, наконец, Сталин достает золотой портсигар, оставляя его открытым на столе. На портсигаре следующая надпись: «Графу Эстерхази от Венского жокей-клуба».

О себе я могу сказать твердо. Я никогда не буду высоким. И красивым. И стройным. Меня никогда не полюбит Мишель Мерсье. И в молодые годы я не буду жить в Париже.

Я не буду говорить через переводчика, сидеть за штурвалом и дышать кислородом.

К моему мнению не будет прислушиваться больше одного человека. Да и эта одна начинает иметь свое.

Я наверняка не буду руководить большим симфоническим оркестром радио и телевидения. И фильм не поставлю. И не получу ничего в Каннах. Ничего не получу в смоки…
… показать весь текст …