Украинцы до сих пор не представляют, что они сделали…
Весь мир с Украиной.
Для всего мира Украина теперь--это 300 спартанцев!

Ее зовут Юлия. Я видела ее и вчера, и год назад, и десять. Маленькая, сморщенная, в прохудившемся черном пальто. Ходила вокруг рынка, бормотала невнятное, просила 10 копеек. Ее жалели, кто хлеба давал, кто конфетку. Рынок давно снесли, выстроили торговый центр, а она все так же кружит вокруг привычного места.
«Дай 10 копеек»
Я стараюсь давать, если просят. Гривну, две. Сколько могу. А тут сначала отмахнулась, в голове новый стих, не могу ни о чем. Потом схаменулась. Открыла кошелек, вытащила 50…
… показать весь текст …

Я живу в ожидании краха,
Унижений и новых утрат.
Я, рождённый в империи страха,
Даже празднествам светлым не рад.

Всё кончается на полуслове
Раз, наверное, сорок на дню…
Я, рождённый в империи крови,
И своей-то уже не ценю.

… Мы строили противоестественное, противоречащее всем законам природы и истории общество и сами того не понимали. Более того, до сих пор по-настоящему степень этой беды мы не осознали… Мы по-прежнему не умеем уважать человеческую личность, не умеем видеть в ней высшую ценность жизни, и пока всё это не будет у нас в крови, ничего не изменится, психология большевизма будет и дальше губить нас и наших детей. К сожалению, она слишком сильна и разрушительна, и необыкновенно живуча…

Простор Небес царит над головою!
Зовёт, манит, притягивает взор…
Хочу взлететь и быть одним с тобою!
Смотреть на Мир через лазурный флёр…
Ночное небо — россыпь бриллиантов!
Сияют звёзды разноцветьем снов…
И дарят людям сонм больших талантов,
Чтобы в Душе цвела Любовь!

… Холмс указал на залитое лунным светом море и задумчиво покачал головой.
— Скоро подует восточный ветер, Уотсон.
— Не думаю, Холмс. Очень тепло.
— Эх, старина Уотсон! В этом переменчивом веке вы один не меняетесь. Да, скоро поднимется такой восточный ветер, какой никогда еще не дул на Англию. Холодный, колючий ветер, Уотсон, и, может, многие из нас погибнут от его ледяного дыхания. Но все же он будет ниспослан Богом, и когда буря утихнет, страна под солнечным небом станет чище, лучше, сильнее.

В лесу иллюзий любые факты — дичь.

Растревожили в логове старое зло,
Близоруко взглянуло оно на восток.
Вот поднялся шатун и пошел тяжело —
Как положено зверю — свиреп и жесток.
Так подняли вас в новый крестовый поход,
И крестов намалевано вдоволь.
Что вам надо в стране, где никто вас не ждет,
Что ответите будущим вдовам?

Так послушай, солдат! Не ходи убивать —
Будешь кровью богат, будешь локти кусать!
За развалины школ, за сиротский приют
Вам осиновый кол меж лопаток вобьют.
Будет в школах пять лет недобор, старина, —…
… показать весь текст …

Можно иметь глаза, но не видеть,
иметь уши, но не слышать,
зато иметь добрую душу и чувствовать.

иногда хочется высказать все, что чувствуешь, о чем думаешь, но вряд ли это приведет к чему-то хорошему, поэтому молчишь

так ты учишься времени и беспечности: за окном дорога, за ней — река;
те, кому суждено стать самыми близкими, придут ненадолго издалека;
вычисляй в толпе волшебников, улыбайся, не спеши пополнять улов:
те, кому суждено стать самыми важными, обойдутся с тобой без слов.

да и что слова: лезешь в карман, кладёшь под язык, полон рот оскомин,
но пока дыхание невесомо, тишина смеётся в тебе, ей в тебе укромно;
присмотреться пристально — во вселенную распахнут дверной проём;
время учиться жить по-другому наступает, когда мы его не ждём.

Люди, помните, это не вы придумали такую власть,
Это она вас, таких, придумала.

Всё это неестественное, лихорадочное, горячечное, безумное возбуждение, охватившее теперь праздные верхние слои русского общества, есть только признак сознания преступности совершаемого дела. Все эти наглые, лживые речи о преданности, обожании монарха, о готовности жертвовать жизнью, — конечно чужой, а не своей; все эти бессмысленные благословенья друг друга разными стягами и иконами; все эти молебны, все эти шествия, требования гимна, крики «ура»; вся эта ужасная, отчаянная, не боящаяся обличения, потому что всеобщая, газетная ложь; всё это одурение и озверение, в котором теперь находится наше русское общество, — всё это есть только признак сознания преступности того ужасного дела, которое делается.

«- А это что за здание?
— Раньше здесь был Институт Глана.
— Там можно побывать?
— Вам — нет. Там почти ничего не сохранилось. Там теперь Туранчокс.
— Кто?..
— А Вы о нём ничего не не слышали?)
— Нет.
— „Спасибо Сики Туранчоксу, что мы пока ещё дышим“…
— По-моему Вы его недолюбливаете, коллега)
— Ну, разве можно любить человека, который торгует жизнью? Противогазы — Туранчокс, детские маски — Туранчокс, свежий воздух — Туранчокс. Разве можно любить человека, которому выгодно, — выгодно, чтобы моему ребёнку было нечем дышать??!
Пока Десса больна, Туранчоксы будут стоять у власти…»

«- Отец!
— Чипполино! Сынок!
— Отец… А тебя посадили в тюрьму? Вместе с преступниками???
— Что ты, что ты! Здесь все — честные люди!
— А за что же они сидят?..
— Видишь ли… Принцу Лимону порядочные люди не по нутру.»

Безумию дана всегда возможность
О правде громогласно говорить,
Безумие не видит осторожность,
Оно не думает что может навредить.

И правда для безумия как крепость.
Сомнения не ведает оно,
И если даже кажется — нелепость!
Оно кричит, — «зато оно моё!!!»

Весь мир, везде, осознано воюет
И делит всех на наших и чужих.
Безумие — повсюду торжествует
— А вы безумны?
… показать весь текст …

Кто сеет вечное, плодов не ждет!
От благородства не ищи корысть.
Ему не важно, кто потом пожнет,
Ему лишь важно, что есть у жизни смысл!

Между тобой и другим человеком всегда ровно 10 шагов. Если ты прошел свои 5 и тебя никто не встретил — разворачивайся и уходи.

я складывал на небе звёзды
в большую надпись счастье есть
но у людей не получалось
прочесть

Отсутствие воспитания помогает говорить. Наличие — слушать

И из-за воспитания мы стеснялись предавать и доносить. Кто-то все равно доносил. Но мы не доносили.

Вкус с детства.
Музыка с детства.
Язык с детства.
Литература с детства.
Потом времени не будет.
В нас воспитали с детства нежность, правдивость.
И мы, выйдя из школы, получили жизнь в лицо.
Но не изменились.
Потому что воспитание — сила непреодолимая.
… показать весь текст …

Прошлое не существует, это воспоминание.
Невозможно изменить то, что не существует.
Всё, что произошло, — неизбежно, я могу только принимать или не принимать эту неизбежность в своём уме,
но это будет лишь воспоминание переживания прошлого.