Tina L

Всех бед своих не помню я И лет нисколько мне.
С березою огромною
Качаюсь в вышине.
Качание, качание
Листвы над головой —
Ни края, ни скончания
Душе моей живой.
Ни края, ни предела нет,
Ни цели, ни следа —
Я с облаками белыми
Плыву невесть куда.
Пусть даже отзвук имени
Растает вдалеке.
Держи меня, держи меня,
… показать весь текст …

Неба ватное одеяло —
Зима ушла по-английски,
Ничего не сказала,
Не оставила даже записки,
Вместе с нею ушли все стужи,
Подобрав подолы для бега,
Под ногами чавкают лужи
Грязной кашей талого снега…

Скатерть, радость, благодать!
За обедом с проволочкой
Под столом люблю сгибать
Край ее с машинной строчкой.
Боже мой! Еще живу!
Всё могу еще потрогать
И каемку, и канву,
И на стол поставить локоть!
Угол скатерти в горсти.
Даже если это слабость,
О бессмыслица, блести!
Не кончайся, скатерть, радость!

Если свет догорает во мне,
Если входит в меня, как в окно, —
Значит мир уместился в зерне,
Значит в почву упало зерно.
Я не знаю — сто лет или год,
Или три легендарные дня, —
Но зерно все равно прорастет —
Я ль — из света, иль свет — из меня…

Мандельштам приедет с шубой,
А Кузмин с той самой шапкой,
Фет тяжелый, толстогубый
К нам придет с цветов охапкой.
Старый Вяземский — с халатом,
Кое-кто придет с плакатом.
Пастернак придет со стулом,
И Ахматова с перчаткой,
Блок, отравленный загулом,
Принесет нам плащ украдкой.
Кто с бокалом, кто с кинжалом
Или веткой Палестины.
Сами знаете, пожалуй,
Кто — часы, кто — в кубках вины.
… показать весь текст …

Даже и в мыслях своих не злословь царя,
Даже и в комнате спальной уста замкни:
Птица небесная, слова не говоря,
Речь передаст твою — так в былые дни
Было, а нынче неужто не передаст?
Вот прошмыгнула под пологом облаков.
Это не я говорю, а Экклезиаст.
Я бы добавил: чужих не ругай стихов.

Ибо проверено: пишущие стихи
Знают, кто высмеял их, — и обиды злей
Трудно сыскать, и любые простят грехи,
Только не этот. Ах, нехорошо друзей
Подозревать, ведь не птицы они, — друзья,
… показать весь текст …

Хризолит, хризопраз, изумруд
Я не знаю, как всех вас зовут,
Те зажженные в глубях огни,
Что горящему сердцу сродни.

Хризолит, изумруд, хризопраз
Это моря светящийся глаз,
Это тайна зеленой воды,
Где оставлены Божьи следы…

Не так ли мы стихов не чувствуем порой,
Как запаха цветов не чувствуем? Сознанье
Притуплено у нас полдневною жарой,
Заботами… Мы спим… В нас дремлет обонянье…
Мы бодрствуем… Увы, оно заслонено
То спешкой деловой, то новостью, то зреньем.
Нам прозу подавай: всё просто в ней, умно,
Лишь скована душа каким-то сожаленьем.
Но вдруг… как будто в сад распахнуто окно, —
А это Бог вошел к нам со стихотвореньем!

Из чего рождаются стихи?
Говорят, из всякой шелухи.
Да, я знаю, «из какого сора»,
Но ведь только из того, который
Божьим взглядом освещен на миг,
Взглядом, из которого возник
Мир. Господь взглянул, дохнул, сказал —
Вот Оно — начало всех начал.

Душа болит —
на уровне корней.
Умаявшись,
покоя не желает.
Тому, кто Корень,
что я есть
видней:
ветвям и листьям
Он быть помогает.