Tina L

На месте поклонения народного,
В лесах замшелых, где давно не хожено,
Порой видали Ангела бесплотного —
У алтаря былого, как положено…

… Цветущая обитель разорённою
Казалась навсегда… И в смутном времени
Добраться мог тропинкой потаённою
Лишь кое-кто к источникам затерянным…

Обрушенные стены, кладь старинная —
Как тень монастыря богоугодного.
… Но где-то там, под спудом, — мощь глубинная —
Неявленные мощи Преподобного…
… показать весь текст …

Уйти в ромашковое поле,
В край пчёл гудящих и стрекоз,
И ощутить покой и волю
От родниковых чистых слёз.

Согревшись солнечным причастьем,
Упасть в медовый сонм цветков
И нагадать простого счастья,
Коснувшись нежных лепестков.

Идет безумное кино
И не кончается оно.
Творится бред многосерийный.
Откройте выход аварийный.
Хочу на воздух, чтоб вовне
С тишайшим снегом наравне
И с небесами, и с ветрами
Быть непричастной к этой драме,
Где все смешалось, хоть кричи,
Бок о бок жертвы, палачи
Лежат в одной и той же яме
И кое-как и штабелями.
И слышу окрик: «Ваш черед.
Эй, поколение, вперед.
… показать весь текст …

Не сыскать ни тех, ни этих —
Затерялись где-то в нетях
Среди белых пропастей.
Никаких от них вестей.
Нет как нет. И взятки гладки.
Густо падают осадки —
Рой летящих дней и лет —
Заметая всякий след.
Чем бы время ни венчало,
Вечность смотрит одичало
Выше шпиля и венца,
Дальше края и конца.

Я больше до праздника дни не считаю,
Я дни, как желанную книгу читаю.
Читаю её на ходу, на бегу,
Читаю, никак отложить не могу,
Никак не могу от неё оторваться,
Могу лишь слезами весь день заливаться,
Могу поминутно меняться в лице
И вдруг осознать, оказавшись в конце,
Что книга меня до того захватила,
Что я не прочла её, а проглотила.

А в разбомбленном доме висит календарь,
Точно, как у меня. Мне такой же купили.
Календарь почернел, так как дом разбомбили,
Превратив чьи-то радости в пепел и гарь.
И висит календарь неизвестно на чём —
На какой-то веревочке, ниточке, леске,
И играет остаток цветной занавески
С заплутавшим случайно печальным лучом.

Вот бы стать совсем иной —
Юной, лёгкой, неземной,
Звонкой трелью, лёгкой ношей,
Просто новостью хорошей,
Просто весточкой благой,
Просто веточкой нагой,
Для которой нарядиться —
Точно заново родиться.

Обожжённая земля… обнажённая…
Ты для них теперь навек прокажённая…
Солнцем выжженная жизнь — ночь студёная —
почерневшая заря нерождённая…

Пересохшие сады — будто скошены…
Небу алчущему плачена пошлина
за плодящую гряду, из`бу справную…
Да, куда ж вы, право, с вашею правдою?

Полыхает лес… повсюду пожарища…
Кто тут крайний-то за порцией жалости?
Иль не выдержать, паны`, хмурый взгляд в упор
вам, прибывшим ублажать сладким пряником?
… показать весь текст …

…Но ходишь в храм, или не ходишь в храм —
Душа и пуля весят девять грамм.
Светило в небе ходит колесом,
И человек под небом — невесом.
Никто не подтвердил, не опроверг —
А был ли мир, а был ли человек.
Летит и усмехается, летя,
Его благословенное дитя
Его бесчеловечное дитя;

Летит к несуществующим мирам.
Душа и пуля весят девять грамм.
В сознании вращается Земля
И исполняет мне «полёт шмеля»

Поговорить начистоту
С тобой хочу, но на лету
Усердно ловишь тополиный
Июньский пух, и мой недлинный
Рассказ тебе не по нутру.
И что за речи на ветру,
Когда ветрами все уносит:
Вопрос, ответ, того, кто спросит…
И много утечет воды,
Но будет петь на все лады,
Как нынче, каждая пичуга,
И будут двое друг на друга
Глядеть, не ведая эпох
И времени… И дай им Бог.