Дни идут и идут по порядку, как надо,
Вереницей, гуськом, через заросли сада,
Вдоль распахнутых окон, гуськом, чередой…
Почему всё земное чревато бедой,
Расставаньем, прощаньем, потерей, недугом,
И не выйдет отделаться лёгким испугом?
Грибы кричали:
— Мухомор
Для бора нашего — позор!
— Хвастлив!
— Заносчив!
— Ядовит!
— А шляпа — аж в глазах рябит!
— Ни перед кем её не снимет!
— Нет, не желаем жить с такими!
Цветущее многоголосье сада,
Где лилия и роза и пион
Дрожат, друг друга обжигая взглядом,
Распространяя ароматов звон.
Им тяжело молчать в соседстве близком,
И словно древний вавилонский гам,
На греческом, французском и английском
Молитвы спорят с бранью пополам.
Как будто безразличен к разговору,
Решая строго, чей настал черёд,
Заставив замолчать растений ссору,
Садовник по тропинке в сад войдёт.
Он помнит, чем оплачено на свете,
Цветенье, как его ни назови,
И троп извилистых тесьма,
И ярко вспыхнувшие маки
Есть неразгаданные знаки
К нам обращенного письма.
И эти листья, и трава,
И подорожник, и кузнечик —
Какой-то потаенной речи
Невероятные слова.
И стебли, льнущие к руке,
И куст, задевший гроздью красной, —
Есть разговор большой и страстный
На непостижном языке.
Смотрите на Радугу!
В ней — Небеса!
Ликуйте от Радости!
Вот — Красота!
Ведь Ангелов тысячи
Дарят свой Свет.
Чего же вы ищите?
Бог прямо здесь!
Лучи — БЛАГОвестники
Вместе сплелись,
Дугой многоцветной
Коснулись Земли.
Карминный и солнечный,
И золотой,
Снова жаркое лето. И солнце в зените.
И натянуты все животворные нити.
И, спускаясь с небес, вьется нить дождевая,
За живое любую из них задевая,
Заставляя звучать. И вот-вот оборвется
Животворная нить. Но покуда поется
И танцуется нам в мировой круговерти,
Будем петь и кружить, и ни звука о смерти.
Не бывает горше мифа,
Чем про бедного Сизифа.
Все мы летом и зимой
Катим в гору камень свой.
Не бывает хуже пытки,
Чем никчёмные попытки,
Зряшний опыт болевой,
Труд с отдачей нулевой.
22 июня — 115 лет со дня рождения русского писателя Андрея Сергеевича Некрасова (1907–1987) Наибольшую известность из его произведений получила юмористическая повесть «Приключения капитана Врунгеля», впоследствии несколько раз экранизированная.
Ведь, знаете, как это бывает: не выйдет с первого раза, а в другой и не доверит никто, и попробовать не дадут.
***
Сложное это дело — измерение времени. Вон на Западе, в той же Англии к примеру, до сих пор еще академики спорят: есть оно, время-то, или нет его совсем, а только кажется, что есть. А если нет, то и измерять вроде нечего, да и не к чему. А по-моему, тут дело ясное: раз на такие споры хватает времени, значит, есть оно, и даже в избытке.