Необоснованная критика - удел озлобленных и несостоявшихся.

С годами становишься бережным к заполнению своего внутреннего пространства…
Не хочется больше занимать драгоценное место трофеями прошедшей любви, пыльными вымпелами выклянченных чувств, треснутыми статуэтками изжившей себя дружбы…
И даже медали за победы в бессмысленных войнах кажутся свидетелями собственного позора, а не доблести…
Никакого хлама, друзья мои…
Ничего ненужного…
Ценишь чистоту и простоту…
Бережёшь настоящее…
Не берёшь количеством…
Никого не стремишься удивить, или вогнать в зависть…
Не смотришь на чужое…
Не обмениваешься за углом одной ерундой на другую…
И не испытываешь никакой потребности быть там, где тебе не рады…
Обнимать тех, с кем холодно…
Ждать того, чего не будет…
… показать весь текст …

Есть люди, которых слушать, не спавши, и спать не хотев…
И люди, что льются в уши… не слушать… уйти не согрев…
Есть люди, к которым ночью, по углям, сорвав ступни…
И люди, что обесточив, сжигают счастливые дни…
Есть люди, которым веришь… и любишь сто лет спустя…
И люди с захлопнутой дверью… не пустишь, даже простя…
Есть люди, которых мало… цены драгоценностям нет…
И люди, что едут с вокзала… но ты им не греешь обед.

Когда тебя обещают полюбить за перечисленный список твоих изменений, отказов от того, что тебе дорого, и согласия всегда быть удобным — внеси обещателя такой любви в свой чёрный список, не подлежащий разблокировке…

И не думай, что ты потерял шанс на любовь…
Его там не было…
Ты потерял шанс на зависимость…

У любви, собственно, всего два состояния — она или есть, или её нет…

А возвращаясь всё к тем же счастливым отношениям, скажу, что вот именно НЕВЫДАЧА себе прав на собственность и ЗАПРЕТ себе дать любимому человеку испытать ОПЫТ УНИЖЕНИЯ — это главный критерий того, что отношения могут длиться десятилетиями без изматывающих войн и садистского порабощения друг друга…

Я не люблю разговоры про то, что «всё бывает», через «всё надо пройти», и про то, что «нет ничего страшного в скандалах и отсутс…
… показать весь текст …

Одно из самых счастливых решений моей жизни — это позволить людям думать обо мне всё, что им приходит в голову…
В конце концов, это их голова, их мысли, и их время, потраченное на то, на что они сочли нужным…

При чём здесь я?

И — настала восхитительная свобода…

Мне больше не страшно никого разочаровать!

Я ни минуты не потрачу на спор…
Не вступлю ни в одну дискуссию…
Не стану доказывать свою правоту, или неправоту…

Мне лень…
… показать весь текст …

Однажды перестаёшь бояться холода.
Любого холода.
Просто кутаешься потеплее, и живёшь дальше.
И тебя становится невозможно предать, обидеть, причинить боль.
Всё это случается, когда ты боишься, а когда нет — не случается.
Потому что ты прошёл худшие варианты, и тебя не удивить ничем.
И ты понимаешь, наконец, что жизнь начинается только тогда, когда перестаёшь бояться.
Холода, жары, обиды, гнева, потерь, осуждения, сплетен, идиотов, разлук, одиночества, предательства, даже смерти.
Потому что страх ещё никому и ничем не помог.
Отобрал по половине жизни у всех боящихся, а вот помочь — не помог.
Отсутствие страха открывает тебе глаза на то, что недовольство тобой — проблема недовольных, разочарование — разочарованных, критика — критикующих.
Ты здесь вообще не при чём.
Потому что или диалог, или пусть «моноложат» за спиной, от тебя подальше
… показать весь текст …

Моя бабушка не ходила в церковь…
Она подолгу сидела по вечерам, закрыв глаза, и беззвучно разговаривала с тем, в кого верила…
И — помогала, помогала, помогала…

Однажды я спросила её…
И она ответила…

В начале сорок второго бабушку эвакуировали…
С двумя детьми…

Эшелон с полуголодными измождёнными людьми месяцами стоял в тупиках, пропуская фронтовые поезда…

Четыре месяца спустя бабушка похоронила старшего, четырёхлетнего Федю, голыми руками выкопав для него неглубокую яму на придорожной косе…
… показать весь текст …

Когда я восемнадцать отмечала
И плакала у няни на груди,
Мне говорили: «Это лишь начало,
А лучшее, конечно, впереди».
.
Когда я в тридцать головой качала
И думала, что тридцать это стаж,
Мне говорили: «Это лишь начало,
До тридцати — не жизнь, а инструктаж!»
.
И в сорок… (как бы странно не звучало,
Но дальше та же самая строка)
Мне говорят, что это лишь начало,
А жизнь начнётся после сорока.
… показать весь текст …

…и как-то без непрошеных советов
ведь жили, да и дальше проживём.
У каждого из нас внутри есть вектор,
и по нему мы мыслим и идём.
Мы сами выбираем, где те грабли,
которые никак не обойти.
Душой родных покрепче обнимаем,
вдруг встретив их на жизненном пути.
Чужих обходим, если есть возможность,
или хотя бы не пускаем на порог.
А если «перекрёсток» слишком сложный,
мы молимся, чтоб выбор сделал Бог.
Да, вектор изнутри ведёт и манит.
Мы выбираем: долг или любовь,
… показать весь текст …

Душою ощутив, как мир прекрасен,
я думаю с обидой всякий раз:
у Бога столько времени в запасе —
чего ж Он так пожадничал на нас?

Юмор — это спасение. А слезы — это жизнь. Потому смех сквозь слезы — наше самое главное достижение за все годы существования.

Добро по указу — не добро.

Все, в том числе и ложь, служит истине. Тени не гасят солнца.

В молодости я требовал от людей больше, чем они могли дать: постоянства в дружбе, верности в чувствах. Теперь я научился требовать от них меньше, чем они могут дать: быть рядом и молчать. И на их чувства, на их дружбу, на их благородные поступки я всегда смотрю как на настоящее чудо — как на дар Божий.

Слова имеют свою собственную душу.

уходят любимые в руки творца
в край солнца и вечного лета
они и оттуда нам греют сердца
светом

Спору нет: вы очень хороши
Это и младенцу очевидно
Ну, а то, что нет у вас души, —
Не волнуйтесь. Этого не видно.

Дураком быть выгодно, да очень не хочется,
умным — очень хочется, да кончится битьем…
У природы на устах коварные пророчества.
Но, может быть, когда-нибудь к среднему придем.