Auska

Стихи Тарковского и проза Пастернака.
Ванильные сухарики и чай.
Зелёный лист пробился и молчал,
И знать не знал о «Докторе Живаго».

Весенний ветерок вовсю шалил,
Разбросив свои детские пелёнки,
И девочки смотря, как оленёнки,
На зов любви, доверчивые, шли.

От дома до кладбища пыль по дорогам,
Машины меня обгоняют в пути.
Я топаю в тапках, устала немного,
Но к кладбищу лучше ногами идти…

Ещё привезут, на уступчик поставят,
Прольется положенный к месту елей,
Ворон налетит похоронная стая,
Тебя отпоют и засыплют землей.

Пришла. Поклонилась. Достала печенье.
Воткнула цветы и сказала привет.
Закрыла воротцы в конце посещенья.
Ну, что ж ты так весело смотришь мне вслед?..

Поэты — это боги, а боги всегда одиноки. (Правда, это сказал Вертинский об актёрах)

Читаю воспоминания Теффи, она же Надежда Лохвицкая. И чуть в сторону мысли мои повернули. Сколько писателей и поэтов скрывали своё настоящее имя под псевдонимами!
Только чистейший версификатор и честнейший графоман может заявлять: «Мне нечего скрывать, я всё подписываю своим именем!»
Как ему втолковать, что могут быть персонажи, от имени которых ведётся повествование; есть тематические вещи, которые необходимо выделить и завести для них отдельную страницу; в конце концов есть произведения, написанные в ранней юности, их много, им нужно отдельное пространство.

Кто-то может «впихивать» всё на одну авторскую страницу — я не могу. Попрошу не путать эти страницу со страницами-клонами, которые создаются для хулиганства.

Мы здесь живём неведомо зачем…
Ты, рисователь благостных картинок,
Ну, расскажи про дерево, про сына,
А я пока свой хлебушек поем.
С вареньем смородяжным.

Мне не важно,
С каким ты рылом лезешь в ряд калашный,
Мы вместе всё равно с тобой помрём,
На этом на отрезке на знакомом,
Но только в разных точках.
Отмеряй,
Но за шпаргалкой в омут не ныряй!
… показать весь текст …

Одна маленькая девочка сказала мне, что если её кто-то обижает, она сразу представляет, как он «ходит по-большому», и ей становится смешно.
Товарищи, вот оно истинное прощение!

У мужчины две беды — печень и тёща

Запомните, что надо уходить оттуда, где люди занимаются зубоскальством, пересмеиванием, где издеваются над ближними своими. Уходите, уходите, когда попадете в такую нечистую среду… Заткните уши ваши и уходите от этих несчастных зубоскалов и смехотворцев…
Святитель Лука Войно-Ясенецкий

Я прошла перевал и уже не тоскую по юности,
И не вижу соперниц, и мало во что влюблена,
И всё больше смешат меня особи средней сутулости
Что белил и румян не жалеют, восстав ото сна.

А ещё невозможное в эти года оперение —
Ярко-розовый топ и лазурней лазури жакет,
Эй, подруги, копайтесь на грядках, варите варение,
Может, вас и заметит какой-нибудь крепенький дед.

«Это я для себя наряжаюсь!» Уж хоть бы не врали бы,
Ведь понятно и так по причёске им шедшей давно…
У меня на все эти попытки надёжное алиби —
Одинокая тропка да воспоминаний вино.

А что вчера было — ведь было же что-то!
Прогулка по парку и чтение книги,
Усталые дворники тащат вериги —
Лопаты и грабли… и капельки пота.

А парк, он пока что безлиствен, прозрачен,
И аттракционы пусты и ненужны.
Закрыты все кассы, и мелкие лужи
Пробует лапка трехпалая грачья.

И небо такой синевою пригоже,
Что слышится нежное ангелов пенье,
И жаждет душа красоты, обновленья,
И кажется мир этот церковью Божьей.