дождь лил четвертую неделю
олег покрылся чешуей
оксана отрастила жабры
и шла на хлеб и мотыля

Есть уголки в людской душе,
Куда заглядывать не надо.
Там среди мрака угли ада
Рассыпаны цветным драже;

Там меркнет Божия лампада,
Там чутко дремлет Вельзевул,
Туда заглядывать не надо.
И горе тем, кто заглянул!

она живёт на пике горы Олимп.
пьёт свежий дождь, мнёт мягкие облака.
над головой красиво мерцает нимб.
она — гордА, прекрасна и глубока.

в её глазах вмещается Рай небес
и ад земли, и ниже, аж до ядра.
и все вокруг, впадают в какой-то стресс,
когда идёт походкою от бедра.

а он живёт в иллюзии своих грёз,
в подземном царстве образов и теней.
самообманом тешась порой, всерьёз,
вращаясь в ритме времени лопастей.
… показать весь текст …

подходящей мамы
что-то долго нет
аисты в капусте
мой найдут скелет

Поощрять мазохиста — садизм

Замерзшая душа становится твёрдой,
Но люди тактично называют это твердым
Характером.

…ДИЕТА…

…Я решила этим летом
Сесть на строгую ДИЕТУ:
Фрукты, овощи, вода —
Основная в ней еда…
Прочь шашлык и бутерброд —
Где тут… САД и ОГОРОД?..
(ЮрийВУ)

Здесь не надо ходить на работу,
Здесь спокойно и где-то приятно,
Здесь без разницы — что ты и кто ты.
Жаль, что выхода нету обратно.

Истинный мечтатель в сбыче мечт не нуждается))

Дни несутся, как сани с горы…
Как же чисто и пламенно прежде
Верил я, что все люди добры.
А теперь не могу… хоть зарежьте.

Захлебнулся, угас под дугой
Колокольчик той веры… И что же?
Но теперь в это кто-то другой
Так же верит.
И дай ему, Боже.

Для счастья разве много надо? -
Такой пустяк…
Порой достаточно и взгляда,
А он никак
Не догадается, сердечный,
На что мне взгляд?
Мне мало этого, конечно,
И наугад
Спешу любимому озвучить
Свои мечты:
Чтоб ты (не спорь, ты самый лучший!)
Принёс цветы,
Духи, чулочки, шоколадку,
Часы «Картье»…
… показать весь текст …

Не беда, что Янус был двулик, в общем-то он жизнь
достойно прожил. Пусть он был одним лицом ничтожен,
но зато другим лицом — велик. Пусть в одном лице он
был пройдоха, но в другом был честен и правдив. Пусть
с людьми он был несправедлив, но с богами вел себя
неплохо. Пусть подчас был резок на язык, но подчас
довольно осторожен.

Не беда, что Янус был двулик. В среднем, он
считается хорошим.

Давай сегодня ото всех сбежим?
Довольно время проводить бездарно.
Один, два, три… Считая этажи,
Взберёмся вверх по лестнице пожарной.

Четыре, пять… Долой покой, уют
И тех, с кем нам ни холодно, ни жарко.
Пусть крутят у виска, пусть признают
Лишь дворник и соседская овчарка.

Шесть, семь… Зачем нам ужин при свечах,
Когда свободы ветер дует с крыши,
А воздух феромонами пропах,
И небо осязаемее, ближе.
… показать весь текст …

Я, спотыкаясь, приковылял в детскую, склонился над его кроваткой, сменил мокрый подгузник. Потом прижал его тельце к груди, обещая лично сразиться с каждым микробом, если только он даст мне поспать.
Договорились.
В ту ночь мы оба спали в кресле-качалке. Наутро я обнаружил, что он здоров и весел, а вот я простыл.
Но я не жалею.

Талант, он подобен Луне, которая то в полнолунии, то на ущербе, то ее совсем не видно. А если Луна все время в полнолунии, то это не Луна, а бутафория, крашеная фанера.

Наконец в этой глухой, уединенной деревушке его поиски закончились.
В ветхой избушке у огня сидела Правда.
Он никогда не видел более старой и уродливой женщины.
— Вы — Правда?
Старая сморщенная карга торжественно кивнула.
— Скажите же, что я должен сообщить миру? Какую весть передать?
Старуха сплюнула в огонь и ответила:
— Скажи им, что я молода и красива!

оксана вы меня сразили
у вас столь музыкальный слух
вчера на камерном концерте
одна лишь вы храпели в такт

жила и даже не тужила
ничто не предвещало бед
пока однажды не полезла
в инет

Отдохнуть от души можно только расставшись с душой.

Одиночество — то, что сидит внутри. И не выгрызешь, не проймёшь.
От друзей -десяти-девяти-пяти- остаётся осенний дождь.
Остаётся осколок, грызущий плоть — силуэт уходящих спин.
Ты — холодный металл, что рожден колоть. Потому ты всегда один.

Одиночество — то, что сидит внутри. (Изу)вечное естество.
Обозлившийся пес, что рожден пасти нерастраченное родство.
Ты — холодный металл, острый блеск брони из неважных, ненужных фраз.
Сердце молит доверчиво: «сохрани» — с губ срывается слово «фас».

Ты — рожденный колоть, острие клинка. Сгусток горьких прошедших «бы».
О твой острый забор, о чугун замка разбивали слова и лбы.
И не выгрызти боль, не пронять мольбой ни снаружи, ни изнутри.
Одиночество — то, что всегда с тобой. Одиночество_это_ты.