Всё меньше о себе — всё чаще обо всём —
о чёрных тополях, о времени, о снеге,
о том, как три звезды сверкают за окном,
как, тяжело дымясь, охладевают реки.
Всё больше обо всём. О схожести судеб,
Всё реже о своей недостижимой цели.
Как мало надо нам — огонь, вода и хлеб,
да воздуха глоток, да чтобы птицы пели…
непривычно, асфальтово, снег в эту зиму- награда,
подуставший январь, вмиг ненужными ставшие ёлки,
перезревшие киви в дрожащих слезах винограда-
окончанье застолья, хрусталь, возвращённый на полки.
как всё быстро меняется в мире, но так неизменно,
дни и ночи спешат к равноденствию, словно играясь.
ускоряется жизнь, кто-то кем-то врачует измену,
где была пустота, образуется новая завязь.
только ты по ту сторону шара земного навечно
мой последний герой, а герои в беде не бросают.
вот, возьмёшь и пришлёшь мне пушистого снега под вечер,
бесконечную сказку, кусочек заветного рая.
Расскажи мне историю, как родилась тишина?
Не старайся сберечь и словами разбить не жалей.
Может быть, поднялась в океане от самого дна?
Может, вышла она из бесснежных и мертвых полей?
Или в том янтаре вокруг мошки сгустила смолу?
Или в небе ночном натянулась по Млечной реке?
От тебя до меня прокатилась она по столу,
А обратно летит по моей молчаливой строке.
Расскажи мне, родной, какова эта штука на вкус?
Как разбавить ее моей нежностью, как молоком?
Свою гордость сниму — не замёрзну, поскольку боюсь,
Что тебя уведёт тишина далеко-далеко…