Владимир Казмерчук

Белым бумажным корабликом плавает слово,
Белым пустым самолетиком — взмывшая мысль.
Радужным спектром хорошее или плохое
Непредсказуемы в каждом, но отозвались.

Брошенное — или выведено искусно,
Устно ли письменно вштопано, вбито ли в мозг.
Слово пришло и осталось там, где было пусто.
Всё зазвучало, выветривая тихий смог.

И побежали потоками реки исканий,
И поползли по-змеиному их догонять
Чёрные строки сомнений и вой зубоскалий,
Рыкая страхами в сторону каждого «знать».
… показать весь текст …

Родина моя — аисты да жабы.
Мягкая туга: рощицы, ухабы.
Крик грача весной, в осень — журавлиный.
Хмель озёр, стога, леса хворостины.
Вересковый сон, пчёлы над садами.
Прорези канав — кладками-рядами.
Ширь полей родных да Полесья топи.
Росные луга цвет ромашек копит.

Ветер небеса искупал в рассвете…
Детство там моё кто теперь приметит?
В бязи рукавов вплетена, незрима,
Родина моя: от Анана до Лаврима.
… показать весь текст …

Сменят солнце на закате светляки,
изб далёких замерцают огоньки,
не видать на церкви в сумраке креста,
смелых семеро уселись вкруг костра.

Травят байки об улове рыбаки,
ночь стекает незаметно в гладь реки,
там восьмой ещё удилищем трясёт,
что-то, бедному, сегодня не везёт.

Как поймает, то взойдёт на косогор
да и вклинится в мужицкий разговор,
и плотву свою в котёл забросит то ж —
без навара суп ушицкий не хорош.
… показать весь текст …

Говорят, ты не очень-то любишь людей.
Мизантропишь, синея, как старый чулок.
Натюрморты вилами по воде
Предпочтительнее, чем электрошок.

Прячешь внутренний свой под махровый шарф,
Приговаривая, что и так тепло.
У тебя на полмига часы спешат,
Не давая увидеть, как мир неплох.

Говоришь, как скупой на слова Эвклид.
Аксиомно до жути, не прошибешь.
А у страха всегда глаза велики.
Ты не любишь?
… показать весь текст …

Небо черное, звезды обычные,
Но, а мысли — такие, как есть.
Прогуляем любовь за наличные,
Поменяем обиды на лесть?

Глупо думать о том, что не сбудется,
Вредно утром курить натощак.
А любовь потихоньку забудется,
Чувства — это обычный пустяк.

Вот и чиркаем спичками мокрыми,
Врем, как дышим, не знаю зачем
Про любовь, будто нас и не трогает
Жизнь, в которой так много проблем.
… показать весь текст …

Было сто, как минимум, попыток
Позабыть тебя. А толку — пшик.
Дни бесстишья сматывая в свиток,
Так и тянет с рифмой согрешить.

От любви до встречи — сто пробелов,
От весны до строчки — только вдох.
Яблони по-праздничному в белом,
Май беспечен, словно скоморох.

В топку солнца брошены сомненья,
А огня с лихвою в закромах,
От весны до лета — лишь мгновенье,
От мечты до неба — только взмах.
… показать весь текст …

Здравствуйте, люди! Вот ваше лето!
Вот ваше небо! Море и пляж.
Облако счастья, пригоршни света,
И впечатлений — полный стеллаж.

Режутся в карты ангел и демон,
Кто-то мухлюет. Знаете кто?
Свет не включают. Рваная темень,
Долг не считают. Спишут потом.

Вы мне не верьте, честное слово!
Я — провокатор и демагог,
Больше не нужно выглядеть клёво,
Вечер опутал, как осьминог.
… показать весь текст …

Тихий, легкий, летний ветер пел для нас с тобой.
Зажигал каштанов свечи вечер голубой.
Две «Медведицы» бросались в звездный океан.
Брызги яркие срывались, падали в карман.

Плыл над городом полночным липовый нектар.
Не давала ночь отсрочек для влюбленных пар.
На удачу и на счастье падал звездный дождь.
О дождящее ненастье разбивалась ложь.

Очищался мир уставший, от тоски и бед.
Долгожданный и манящий зарождался свет.
Мы бродили по бульварам, пели «Life is life».
Ярко радостью сияли и ловили кайф.
… показать весь текст …

Ты чужого счастья половина,
Не моя ты дальняя дорога.
Почему назвал тебя: Лавина,
И, вздохнув, добавил: Недотрога?

Где, в какой из строгих конституций
Есть тобой не бредить предписанье
И запрет на то, чтоб прикоснуться
И к себе привлечь в одно касанье?

Никогда не верил, что такую
Заверчу со свистом, как праща, я.
Я свою же ревность атакую,
Наперёд тебя за всё прощая.
… показать весь текст …

Здесь в тёмных глубинах бренчит на рояле глухой.
А пеной поближе — на кастинге грязные девки.
Развратны манеры и лица… Морфо-однодневки…
Средь них неожиданность — нежный цветок голубой.

Конечно, не нимб, просто отблески медных волос.
Потуплена долу стыдливо зеркальность сапфиров.
Почти героиня для драм Еврипида, Шекспира…
Чего не хватает? Веночка из выцветших роз.

А масленых глаз и азартом развязанных рук
в избытке таком, что вот-вот разыграют на части.
Бармен, чья жилетка парча, жаль, что дьявольской масти,
на кастинге плоти, похоже, отличный худрук.
… показать весь текст …