Владимир Казмерчук

Говорят, что ходят рядом
грусть и радость, тьма и свет,
жизни мёд со смерти ядом,
вдох и выдох, «да» и «нет»…
Если бабочка взлетела,
воздух крыльями качнув,
где-то шторм на свете белом
к судну выкатит волну…

Может так же боль и счастье
крепко связаны навек?
Получается, причастен
к чьей-то боли человек,
получив подарок этот
… показать весь текст …

Какая необычная лавстори —
Стихами разукрашивать мечту,
Где в каждом поэтическом узоре —
«Любить нельзя — забыть невмоготу».

А может, сердце лаской успокоить,
Слезами растопив январский снег,
И перестать с судьбой своею спорить,
Вас разлюбив в заплаканный четверг?

«Любить нельзя — помиловать опасно» —
Себе я повторяю вновь и вновь.
Я счастлива и чуточку несчастна,
Как наша запоздалая любовь.
… показать весь текст …

То ль ошибка вкралась где-то,
то ль давно уже пора, —
мне неведомо, но летом…
да под Троицу, как раз,
разговор у храма слышал
прихожанок меж собой
о мужчине, что по крышам
шёл в хитоне голубом,
или белом, или сером,
тут картины ясной нет,
и надежды с чистой верой
от Него лучился свет.
А внизу дивились люди:
как из облака возник?
… показать весь текст …

Твои глаза — два уголька горящие,
Два бурных моря, в них бы утонуть.
Во мне зажгли те чувства настоящие,
Которые не думала вернуть.

Я полюбить ещё раз не надеялась.
Но почему ещё раз? В первый раз.
Ошибочные страсти все развеялись,
Впервые жар сердечный не погас.

Горю любовью чистой, непорочною,
И потому мне хочется летать.
Нас Бог связал, надеюсь, нитью прочною,
Но я боюсь нечаянно порвать.
… показать весь текст …

Когда-нибудь…где-нибудь… может в Бордо, в Палермо
случайная встреча сведёт не на смерть, на битву.
Вдруг мир обернётся коробкою маломерной,
таким же, как ты, — подуставшим, слегка небритым.

Засядешь в предсердье серебряной дурой-пулей,
пригреюсь и я у ключицы змеёй-петлёю.
Мы будем ночами себя прожигать в Кабуле,
в Венеции, в Питере — картами, марсалою…

И будет нам сладко и стыдно одновременно,
мы словно вчерашние школьники будем шкодить.
У каждого тайна — греховная ойкумена,
попробуем как-нибудь скрытое распогодить.
… показать весь текст …

Только Ты веди меня по жизни.
Только Ты один на свете Бог.
Только Ты есть путь к Святой Отчизне.
Только Ты утешишь средь тревог.

На Тебя с надеждой уповаю:
Знаю, что не постыжусь вовек.
Я в любви к Тебе главу склоняю,
Усмирив стремительный забег.

По великой милости небесной
Ты простил меня, омыл мой грех.
Ты со мною в немощи телесной.
И спасти, Господь, желаешь всех.
… показать весь текст …

Серый войлок толпы. Алым маком колпак палача —
не оставит следов как обычно мясная работа.
Кружевную сорочку сорвут с белоснежья плеча
и глумливо принудят стихи прочитать с эшафота.

Родовое проклятье мои инфернальные сны.
Выползают ночами из пыльных столетних альбомов,
где глаза с фотографий истлевших огнями красны.
Смотрят пристально вслед… Черт возьми, мы едва ли знакомы!

У толпы сотни три одинаково скроенных лиц.
Никого среди них на меня хоть бы каплей похожих!
В небе алчная стая — приманкою я — чёрных птиц.
Холодок пробегает нервический — чувствую кожей.
… показать весь текст …

Заберешь с собою, уходя,
Все, что не привязано к погоде.
Буду спать под музыку дождя,
Будто перемен не происходит.

Будто шелестит морской прибой.
Или облетают листья с вяза.
Будто ты навек, навек со мной
Родственными узами повязан.

Сто раз пыталась свить себе гнездо
из веточек, из камушков, из листьев…
Сама себе я кодекс бусидо,
вот, жаль, фанеру слышу в каждом свисте.

Но есть надежда — не заездит быт.
В конце-концов не склею в кухне ласты.
Подумаешь, ожог… У всех болит…
Чем не гнездо спагетти с алой пастой?

Мотаю вилкой вправо… поворот.
Ну, кажется, с избытком навертела.
Приправой базилик, чеснок, шалот —
всё как с утра желалось и хотелось.
… показать весь текст …

Мой город в прошлое бездонной скважиной —
ни дна и ни покрышки никому.
Бараками мурло обезображено,
такой уже ни сердцу, ни уму.

А было время тесным переулочком
на перекрёсток мчалась впопыхах
наивная доверчивая дурочка,
застрявшая в невызревших стихах.

Вот здесь мы пили кофе, ели бублики.
И пробовали на язык абсент.
Летели из кармана ветром рублики.
Он доктор был, а я лишь пациент.
… показать весь текст …