За следующие десять лет он узнал о ней многое: что любит и что не любит, какова в постели; смотрел, как она обманывает, хвастает, плачет, злится, радуется; как ест, спит, болеет; видел с косметическими масками на лице, пьяной, сидящей с книжкой на унитазе; помнил и голую, и в вечерних платьях. Но так и не понял, какова природа покоя, который охватывал его каждый раз, когда она оказывалась рядом, что бы при этом ни происходило.

Не спрашивай о том, что тебя не касается, не услышишь того, что тебе не понравится

Нет ничего скучнее чужих снов.

Ведь все мы добиваемся только одного — нравиться. Я по сей день не знаю, что кроется за этой жаждой побед — избыток жизненных сил или смутная, неосознанная потребность преодолеть неуверенность в себе и самоутвердиться.

Но на самом деле всем всегда некогда толком разобраться в себе, людей в основном интересуют в других только глаза, да и то, чтобы видеть в них собственное отражение.

Мне довелось познать моменты необыкновенного, почти сверхъестественного счастья, когда вокруг, в каком то ослепительном, концентрированном озарении, постигаешь, что жизнь великолепна, что она полностью и безоговорочно оправдана, в эту именно секунду простым фактом твоего существования.

Она не улыбнулась; она улыбалась, только если ей хотелось, а из вежливости, как все люди, — никогда.

А ей хотелось идти сзади, след в след, подчиняясь умной и сильной воле, и чувствовать себя Женщиной. Не мужественной женщиной, а просто Женщиной… Мужественной она уже была. Хватит.

«Чтобы понравиться другим, нужно говорить с ними о том, что приятно им и что занимает их, уклоняться от споров о предметах маловажных, редко задавать вопросы и ни в коем случае не дать им заподозрить, что можно быть разумней.»

— Ну, а вы? — не выдержала она наконец. — Вам не нравится, как я пою?
— О, напротив! — ответил он. — Будь у вас ещё и голос, это было бы просто замечательно.
Вот за него-то она и вышла замуж.