По полю снежному бежим
Едва успели
В друг друге обрести всю
Жизнь.
Недели
Летели так, что страшно мне
Не разглядеть твой образ нежный,
Качались звезды на луне
Небрежно.
Казалось — мир до встречи с ним
Лукавил, мстил, вселял неверье,
По полю снежному бежим.
Забвенье.
У неба глаза твои,
У птиц голос твой нежнейший,
О, сколько в тебе любви,
Красивейшая из женщин.
Усталая спишь в углу
Тахты, привезенной с дачи,
Я сильно тебя люблю,
Скажу, как ты много значишь!
Есть боль убежавших лет,
Лихая тоска, потери…
Ты — в окнах родной рассвет,
Молюсь на тебя и верю.
(Чуть-чуть старомодна, в лазоревом платье,
Без тени теней, инфантильна слегка,
Плясать до утра, только ей все мечтать бы,
Но юности рьяной остыла пора…)
Мечтаю, чтоб он был суров, даже груб,
Щетиной кололся, придя с боя утром,
Искал и молил моих чувственных губ
В лиловых лучах и зари перламутра,
Чтоб розы дарил тут же в дивном саду,
Боялся обидеть и словом и взглядом,
И Блока читал на Лазурном Пруду,
Пел песни, романсы, слагал серенады…
Бегут дороги и дома,
опять одна в безлунном мире,
Как пышет нежностью трава,
и тяжело дышать в квартире.
Обрывки снов, и фраз, и лиц…
Я целомудренна, учтива.
И нету у любви границ.
Она всесильна и ревнива…
А без нее не проживешь,
Ни дня, ни часа, ни мгновенья,
Мне любы твоя страсть и дрожь,
Мое любимое творенье!
Пурпурное небо в крапинках тонких лучей,
Октябрь тешит душу багрянцем, холодным рассветом…
Звучит легким джазом садовый зеркальный ручей,
А я в твою нежность и верность, и счастье одета…
Уста мармеладом манят и ласкают ладонь,
Пылает закат, обжигая сердца и деревья…
И выше, и выше взлетает любовный огонь,
Сжигая тоску и хандру, неудачи, печали, сомненья…
Куда-то летит самолет, оставляя следы,
Тугой белой лентой разрезал плоть неба на части…
Поверь, все сбылись и желанья, и даже мечты,
Я знаю, что есть на земле безграничное счастье…