Ивверх Ивниз

Пустота. Нет мыслей. Ни хороших, ни плохих.
Лишь только одна мысль про пустоту мыслей.

— Зачем вы тут сидите?
— Мы делаем всё, чтобы одни меньше бегали за других
— А сами почему не бегаете?
— А что тогда будут делать другие, если за них будем бегать мы?!

Бывает приснится сон про такую замечательную жизнь, что хочется в нём и остаться.

Вопрос на сайте знакомств от девушки:
«Кто со мной завтра (11.08.2015 г.) пообедает?»
Ноябрь. А сообщения от голодных мужчин всё поступают и поступают.

«А когда нет римских друзей, то с ним рядом другие, чудесные, никогда не разочаровывающие друзья, всегда готовые и говорить, и молчать: книги.»

«…Решение второго вопроса также не доставляет им много хлопот: как раздобыть деньги для жалованья легионеров и партийных прихвостней, которое уже несколько месяцев не выплачивается. Проблема решается быстро — деньги будут получены способом, который в те времена часто применялся. У наиболее богатых людей страны будет захвачено имущество, а для того чтобы те не могли поднять по этому поводу шум, их сразу уничтожат.»

«Некогда учитель земных законов, сейчас он постиг горькую тайну, которую должен, в конце концов, узнать каждый общественный деятель: на длительное время защитить свободу масс невозможно, защищать можно и нужно лишь свою собственную внутреннюю свободу.»
---

Вечер — спать еще рано. Вечер, те часы, когда большинство людей на время перестают быть членами великого всечеловеческого общества, забывают о том, что днем они служили в учреждениях, работали на заводах, подбивали смету, управляли рычагами машин, делали совместное дело, чтобы все могли жить. Вечер отдан семье. Вечерами возрождаются первобытные законы кланов. Настольная лампа за чайным столом заменяет древний костер. Царствующий патриарх — отец и хранительница домашнего очага — мать владычествуют над подвластным потомством — Вовочками, Петями, Ирочками. Владыки обсуждают сугубо важный вопрос — почему кашляет Вовочка. Теплятся окна в пахучий предмайский вечер, семьи обособились от семей. И тоскливо становится человеку, идущему по улице, у которого нет семьи, кто оторван от отца и матери, и оторван, наверное, навсегда.
---------

Среднего размера холст, почти квадратный. Берег реки, вдали белеет удаляющийся пароход. На пиджаке, брошенном на траву, сидит женщина, рядом мужчина. Оба не молоды и не красивы, потрепаны жизнью. У него тяжеловато-сильное лицо, лысеющая голова. Он смотрит на нее, и взгляд его сложен, в нем — суровая мужская требовательность и приглушенная робость, упрямство и загнанность. Рука женщины прижимает к губам скомканный платочек — пальцы рук очерствели от работы. Взгляд в землю, смятенный и в то же вре…
… показать весь текст …

У меня два ножа. Один тупой, другой острый.
И когда острый нож становится тупым, я затачиваю другой тупой нож.

дымок пошёл и гильза отлетела,
Амур стоял в сторонке
и как будто ни при чём
в руках держал он лук и стрелы
для отмазки…
убил ненастоящую любовь —
для новой настоящей сказки!

Вера помогает вернуться от суеты к главному.