Не надо общаться с теми, с кем вам общаться тяжело. Если вы не совпадаете, не резонируете на волнах своих душевных настроений с тем или иным человеком, или с группой людей, не лезьте туда, где раздражаются от вас, и где вы раздражаетесь от кого-то. И не устраивайте экспериментов: пойду специально туда, где никого не люблю, и буду упражняться в терпении. Ничего не получится. Не лезьте туда, где вас не любят, и где вы не любите никого. Вот раздражаетесь вы на них, они — на вас: ну и всё, ну и до свидания. Вы туда не ходите, они к вам не ходят: всё и греха нет.

Бессилие эксплуатируемых классов в борьбе с эксплуататорами так же неизбежно порождает веру в лучшую загробную жизнь, как бессилие дикаря в борьбе с природой порождает веру в богов, чертей, в чудеса и т. п. Того, кто всю жизнь работает и нуждается, религия учит смирению и терпению в земной жизни, утешая надеждой на небесную награду.

А тех, кто живет чужим трудом, религия учит благотворительности в земной жизни, предлагая им очень дешевое оправдание для всего их эксплуататорского существования и продавая по сходной цене билеты на небесное благополучие. Религия есть опиум народа. Религия — род духовной сивухи, в которой рабы капитала топят свой человеческий образ, свои требования на сколько-нибудь достойную человека жизнь.

«Кризис начинается с главного, а главный в мире — мужчина… Вся тяжесть за бытие, за мир, лежит на плечах мужчин. И если они самоустраняются от ответственности за мир, тогда всё идет прахом. И женщины были бы у нас прекрасней и удивительней во всех отношениях — начиная от красоты и заканчивая сообразительностью, если бы мужчины были настоящими мужчинами — ответственными, хозяевами слова, мудрыми, сильными, терпеливыми, за кого не стыдно спрятаться».

Её одиночество варит борщи
и любит несладкий чай,
не может терпеть импозантных мужчин
и слово «не привыкай»,
теряет перчатки, блокноты, ключи,
бросает свой телефон
на книжную полку: «Пусть здесь помолчит»
и ищет потом: «Где он?»,
читает романы, романсы поёт,
болтает само с собой.
Её одиночество — вечный полёт
в страну, где жива любовь,
домашний слонёнок из детской мечты
и летний морской мирок.
… показать весь текст …

«Если на роду любовь написана,
Счастье и на полочке найдёт», —
Бабушка твердила эту истину,
Я ждала, когда она придёт.
В юности влюбилась до беспамятства,
Только очень сильно обожглась.
Мне тепла хотелось, дружбы, равенства,
Жизнь же, как назло, не задалась.
Может быть была я слишком гордая,
Может полюбила не всерьёз.
Не простив измен, решила твёрдо я:
Вот и хорошо, что не срослось.
Значит нужно всё с листочка чистого
Начинать, раз требует душа.
… показать весь текст …

Может быть, ты — моя половинка,
Но, не мне ты досталась, не мне.
Сердце жжёт не растаявшей льдинкой:
Не сошлись две дороги в судьбе.

И задумаюсь, вдруг, между делом,
И не знаю я, как объяснить —
Мы могли стать с тобой одним целым,
Но, порвалась столь прочная нить.

По глазам ты моим догадайся.
Всё увидишь и сразу поймёшь.
Так же любишь? Не ври! Не пытайся!
Не приемлю я сладкую ложь.
… показать весь текст …

Не надо путать раздутое самомнение с самоуважением. Если вам не ответили на ваш хамский вброс, то это не потому, что у кого-то задран нос, а потому, что у вас опущена планка.

Жизнь бьёт ключом… и в основном по голове.
Ещё немного и клиенты психбольницы
Мне станут близкими друзьями. На резерв
Поставьте койку мне, поближе к тем царицам,
Что были жёнами наивными вчера.
Как надоело всё! Жизнь — глупая игра
Из неизвестных никому из смертных правил.
Финал один… Кому же нужен этот фарс?
Душа была хрустально-чистой, стала ржавой.
Люблю настольное лото — играю в дартс
И чьё-то сердце снова дротиками мечу,
Ничуть не целясь, наугад его калеча,
И даже вовсе не жалею ни о чём…
Доверив жизнь свою судьбе и воле Бога,
… показать весь текст …

С чего ты решил, что с ума я схожу?
Пора бы давно снять тебя с пьедестала
Нет. Больше ни слова в ответ не скажу.
Поверь, я устала! Ужасно устала!

Устала от всяких претензий и ссор,
От вскользь оброненного «просто так надо»,
«Давай мы закончим пустой разговор»
И «я не Адам из Эдемского сада».

Ты знаешь, всему есть на свете предел.
Лимит на «прости» я тебе ограничу.
Мне сложно понять, что ты в жизни хотел,
Когда убивал все вокруг безразличьем.
… показать весь текст …