Уходила — как в монастырь…
Отвечала — как в пустоту…
Как красиво горят мосты,
Если сам ты не на мосту,

Если куришь невдалеке,
Незадачливый полубог,
Если прячешь в большой руке
Черный спичечный коробок…

Пожалуй, есть вещи — о них неприятно задумываться,
Пока мы живые, пока обстоятельствами не сжаты,
Но однажды в прихожей звенит, оторвавшись, пуговица —
Ты пришивала её когда-то;

Была же эпоха: стреляли рябиной, таскали яблоки,
Не ощущая масштабов мира, времени не ощущая,
И становится ясно, какой я тебе был маленький,
Какая ты мне — большая,

Как время идёт. В духовом шкафу поселилась ржавчина,
Снаружи хлопочут руки, морщинистые от мыла,
Мелькая всё реже и реже, переставая, будто нечаянно,
Теряясь под слоем пыли.
… показать весь текст …

Однажды лет десять назад мне срочно потребовался паспорт. Все документы я в этот момент удачно потеряла. Пришлось идти на поклон в милицию. В милиции велели обратиться в паспортный стол. Многозначительно добавили: попросите правильно- может, и помогут. Приуготовила я сумму в конверте -и пошла. Сижу в коридоре- а из-за дверей дым коромыслом: вопли, истошный женский крик «пшел-нафиг-отсюдова-ветеран фигов»… Поняла я, что и меня с конвертом запросто пошлют. Вошла с трепетом. Под столом сидели ноги…
… показать весь текст …

Ложь, скрытая за тёмными очками. Режим Пиночета

В день смерти Аугусто Пиночета на улицы Сантьяго, столицы Чили, повалил народ. Но не для оплакивания горячо любимого председателя правительственной хунты и экс-президента, а для танцев и гуляний с шампанским в руках и улыбками на лицах. По лояльным к диктатору подсчётам число лиц, погибших или пропавших без вести, равно примерно 3 тысячи. Противники режима говорят о том, что цифру нужно умножать на 10 минимум. Точную цифру установить трудно: Пиноч…
… показать весь текст …

Появился ниоткуда и позвал
В никуда… Пришпорил ветер, был таков…
Разлинована дорогами Москва,
Переписана с веков-черновиков…
Где искать тебя? Строка, страница, том?
Растянулись на пол света стеллажи
Златоглавой… Но в какой стучаться дом,
Чтоб с утра щепотку счастья одолжить,
Чтоб упущенное всуе наверстать?..
В перламутровой росе — зачатки дня…
Жаль, кровавая/полярная звезда
Путеводною не станет для меня…
Светофоры-световоры украдут
Там минуту, тут минуту — полчаса…
… показать весь текст …

Знакомое лицо мелькнёт в толпе прохожих —
Oбычный будний день, внезапно, на бегу…
Я видела его… но где? Помилуй, боже —
Tак близко и тепло… припомнить не могу…

Нет — помню. Это — ты… ну вот теперь узнала —
Всегда ужасно мил, смешон и неуклюж…
Был так недолог путь — от встречи до финала,
Один короткий вдох — от «здравствуй» до «люблю»…

Всё тот же глаз прищур… и та же цепкость взгляда,
Приветливая речь и добрые слова…
Я тоже улыбнусь, печалиться не надо —
Такая «се-ля-ви», никто не виноват…
… показать весь текст …

«Дорогая Скотти, в те моменты, когда тебя душит отчаяние, когда тебе кажется, что у тебя ничего не получается и что невозможно ничего сделать, вот знай, дорогая Скотти: только в такие моменты ты по-настоящему идешь вперед.»…

Язык кошек, пчёл и попугаев

Животные умеют разговаривать. Вы не поверите, но это так. Бессловесные (как мы их ошибочно называем) твари (как мы их унизительно называем) способны прекрасно общаться как между собой, так и с нами — «царями» природы. И не их вина, что мы не понимаем этого языка. Видит бог — они всячески стараются донести до нас свои мысли и чувства.

Я тебе сказал: «Мяу!»

Говорят, что коты мяукают исключительно для человека. а между собой они предпочитают общаться другим способом…
… показать весь текст …

Придешь домой, шурша плащом,
Стирая дождь со щек:
Таинственна ли жизнь еще?
Таинственна еще.
Не надо призраков, теней:
Темна и без того.
Ах, проза в ней еще странней,
Таинственней всего.
Мне дорог жизни крупный план,
Неровности, озноб
И в ней увиденный изъян,
Как в сильный микроскоп.
Биолог скажет, винт кружа,
Что взгляда не отвесть.
… показать весь текст …

Два генерала, герои Отечественной войны 1812 года, Михаил Милорадович и Фёдор Уваров очень плохо знали французский язык, но в аристократическом обществе непременно старались говорить по-французски. Однажды за обедом у Александра1 они сели по обе стороны от русского генерала графа Александра Ланжерона, француза по рождению, и всё время о чём-то оживлённо разговаривали между собой.
После обеда Александр1 спросил Ланжерона, о чём так горячо всё время говорили Уваров и Милорадович.
— Извините, государь, но я ничего не понял: они говорили по-французски, — ответил тот.