Константин Мака

Качают время полюсы Земли,
Земля меняет времени окраску,
и в каждый день, как временнАя сказка
она качает наши души — корабли…

Засыпет снегом, подарив усталость,
то злой метелью заморозит нос,
и намекнет, но не на то, что Вам осталось,
скорей на то, что быстро пронеслось.

— Зачем я связался?
Живешь без креста.
ветер сегодня, как сука воет.
меня укачала злая волна,
чувствую — скоро накроет…
— Ну, что ты как баба, вокруг красота,
солнце на севере днем не уходит…
просто бывает здесь иногда
небо с водою спорит…

Марк Юний Брут, убив царя,
просил бессмертие не зря.

Не гуляйте по столице,
в первых числах января,
Вы окажитесь в больнице,
разобьете лица зря.

Небо мокрым дождем растечется по лужам,
в зеркалах слез и слов отразится твое ремесло,
будешь снова, как в море, шальными ветрами простужен
иль утонешь в волне, поломавшей о камни весло.

ночь погасит окно, время вычеркнет срок у прощаний,
и уснувший твой город, вновь закроет все арки дворов,
и в тумане дождей, снова вымокнут лица у зданий,
ты услышишь в ночи, позабытые строчки стихов.

каждый день, — перекресток, перекресток судьбы и желанья,
город камня в ночи, как душа среди северных льдов,
серой дымкой дождей, лечит памятью боль расстоянья,
и уносит любовь, лепестком нашей розы ветров.

Нас увлекала скорость перелетов,
мы не могли ни струсить, ни нарушить,
узнать бы, или хотя бы вспомнить
в каких камнях мы закопали наши души.

Подожду я весну,
и начну ей рассказывать,
как судьбу и страну,
полюбив, перекрашивать.

Сменил анфас и профиль,
иду своей тропой,
зима, засыпав снегом,
смеется надо мной.

весной?! весной наверно.
тюльпаны вновь распустятся,
нам в жизни всем отмерено,
кого любить, с кем мучаться.

весной в глазах любимых
пылающий костер,
на дне неповторимых
и голубых озер…
… показать весь текст …

В судьбу луны вмешался Понтий — прокурор,
он вынес желтой королеве приговор:
— Раз ты гуляешь по ночам одна,
ты будешь кривобокою всегда,
и будешь превращаться каждый месяц
в худой и жалкий полумесяц.

Тук-тук, тук-тук, тук-тук,…
звучит в мозгу вагонный стук
оклеветали недруги господ,
никто из них на лапу не берет.
из века в век война с коррупцией идет.
и поезд до конечной доползет.

Всех обокрав, сравнялся с богом,
теперь он главный банкир народа,
но не надолго, заменят новым,
пахан не Бог, — хоронят голым.