Наталия Солнцева

КОГДА МАМА ГОВОРИТ, ЧТО УСТАЛА

Когда мама говорит, что устала — это никогда не значит только утомленность.

Она говорит и что-то другое, но этого не слышно. Обними меня. Заметь мой труд. Дай побыть не для кого-то, а для себя. Напомни мне, что я — целый Космос.

Скажи, что все будет хорошо. Что нам на все хватит. Что мы будем в силах решить задачи, с которыми сталкиваемся сегодня и которые придется решать завтра.

Мама скажет «Устала» и промолчит о том, что нервы поистрепались от волнений, в кот…
… показать весь текст …

Как при Блоке — лиловые складки,
Полусумрак и полупокой.
И все в том же знакомом порядке
Возникают строка за строкой.
Как при Блоке — пустые подъезды,
Ночь и гулкое эхо шагов.
И во мне возникают подтексты
Самых светлых на свете стихов.
Как при Блоке — метель не стихает.
И в любых закоулках Москвы,
Где ни спрячься, — везде настигает
Тот пронзительный ветер с Невы.

Зима, дорога, одинокий путь,
От ревматизма вновь свело колени.
Гляди в окно и знай — не в этом суть,
А в предстоящей трудной перемене.
Летит, летит старинный экипаж,
И путник ловит вьюги отголоски.
От множества находок и пропаж
Он присмирел и смотрит философски
На жизнь, на лес, на сумрак за окном
И на свои распухшие суставы.
И стоит ли гадать — а что потом?
А что потом? Доехать до заставы,
Коней сменить и вновь куда-нибудь,
Не привыкая к стенам и порогам.
… показать весь текст …

Петербург умеет быть разным:
Красивым и просто ужасным,
Блистательным и парадным,
Уродливым и непонятным.
Порой здесь теряешь силы
И катишься в низ унынья,
Но он бесконечно милый,
И в сердце всегда хранимый.
И просто навечно ЛЮБИМЫЙ.

Каждый Новый год мы с друзьями жрём. Эта гадкая традиция придаст мне однажды форму шара. Я стану символом гармонии. А мой друг Модрис завидует, хочет расстроить. Говорит, именно мой аппетит, а не чёрная планета Нибиру, угрожает цивилизации. Надо будет перечитать блоги этих майя.

Сам Модрис тощий и символизирует линии электропередач. Даже в новогоднюю ночь, когда все расширяются, он скинул полкило. Не удивительно. Кого родители назвали в честь шкафа из Икеи, кто по профессии женский парикмахер,…
… показать весь текст …

Мой оберег, бессменный часовой,
прозрачный свет над тоненькой ключицей,
ты путеводной освещён звездой,
и ничего плохого не случится.

Мой звонкий смех, в котором сотни ватт,
все мысли и мечты твои крылаты…
И уголок родной улыбки — свят,
и венки, и ресницы твои — святы.

Пусть вестовые спят колокола,
не надо гула, не тревожься, ветер.
Ложится ночь — уютна и светла,
вступает день — и праведен, и светел.
… показать весь текст …

Во мне океан любви. Мировой.
Но в нём числится и Северный Ледовитый, где заморожены чувства к тем, кто отверг мою любовь, кому она либо страшна, либо сверх меры, либо не к месту, или к тем, кто разбил мою любовь и доверие внезапным предательством или равнодушием, пусть даже и показным.

Я ещё помню, как сильно их любила, но уже меньше переживаю об этом. Время не врачует, время затягивает раны, но память сердца остаётся и бушует под рубцами фантомной болью, прорывается в сны и неожиданные слёзы…
… показать весь текст …

Пряничные домики, сон на Рождество,
Белоснежка, гномики, солнца колесо
катится и катится с горки ледяной,
ёлочное платьице, звёздный выходной,
бусы, брошки, фенечки… сколько тебе лет?
вымести бы веничком прошлогодний снег,
солнечного дворника пригласить на чай…
выживут любовники — накрывай/встречай
человека снежного, пироги на стол …
красота кромешная —
сон на Рождество.

Бывает, печаль задушит,
Минуты, потом часы.
Но сразу врачует душу
Мой маленький взрослый сын.

«Ну что ты, мамуль, да брось ты!
Городишь тут огород.
Подумай: всё очень просто,
Не вышло? Иди вперед.

Взгрустнула? Иди на кухню.
Ну, ладно, шучу, шучу.
Что думаешь мир твой рухнет?
Не рухнет! Всё это чушь.
… показать весь текст …