LaBeLLa

Снежана Марковна была из древних ведьм. Уж третий век годков считала медь, и хУда не желала людям вовсе. По паспорту ей было двадцать восемь. Не замужем. Машина. Два кота. Вся жизнь — вокруг детишек суета. Снежана Марковна со стажем воспитатель. А почему бы и не в садик, кстати? У ней никто из группы не болел. Все ели кашу. Даже свёклу ели. Родители пред ней благоговели, и это не была пустая лесть. Снежана Марковна была верна душой гуманности Амонашвили к детям. Не то, чтобы гордилась очень этим…
… показать весь текст …

Обломок янтаря,
Омытый синим морем…
Янтарная заря.
Янтарь в девичьем взоре.
Мёд.
Камедь.
Сок смолы.
Ромашки сердцевина.
Закатные валы.
Густеющие вина.
Балтийская луна.
Пейзажей статуарность.
Во всём растворена…
янтарность.

Не слышится, не дышится, не пишется…
И образы, как тени, будто маются.
У памяти, наверное, всё возвышенно,
А в жизни остаётся только каяться.
Недозаботила тебя я, не уберегла.
Казалось, «вечность» мы с тобой
давно составили…
Теперь я знаю, что такое — в моём сердце мгла.
И скоро год пройдет, а слёзы не растаяли.

Очень многого лишает
Нас морозная зима.
А чего лишить, решает
Не советуясь, сама.
Минус листья, минус травка —
Минус длинные деньки,
Минус тепленькая лавка
И качели, турники.
Минус фруктов свежих вкусы,
Холод — минус двадцать пять.
Но, конечно же, и плюсы
Мы найдем в зиме опять.
Плюс коньки, снежки и лыжи,
Плюс подарки в Новый год.
… показать весь текст …

Я пра любофф стихи слагаю,
Я ими милого глушу …
Он спрятался … Но я — то знаю !
Найду — стихами задушу!

Хранитель Города окутался дымком, ходил по крышам, зорко слушал звезды. Пекарни крепко спали под замком, храня на стенах ласточкины гнезда. За стёклами в огромных коробах на утренние хлЕбы спело тесто. Дремал в огнях рекламных старый банк, на лавке серый крыс печенья трескал — просыпал их какой-то мужичок, купивший рыбки-крекеры на закусь. Хранитель шёл, и на его плечо доверчиво дождя ложился запах.

Рождался в дальних тучах близкий снег такой же белый, как толченый кешью. И щеголь-сумрак поправ…
… показать весь текст …

Время давно уволилось с поликлиник.
Больше не лечит. Пенсия, все дела.
Где-то в Гиперборее растит клубнику.
Кроликов держит. И, к счастью, не держит зла.

Катится осень яблоком переспелым.
Черноплодной рябине чудится голос вьюг.
Вовремя всё, что мы с тобой не успели,
даже если от этого горько, мой светлый друг.

Если с тобой ещё не случилось чуда,
значит, оно от тебя отвело беду.
Какую? Гадать не хочется, и не буду.
Пирожки с пылу с жару. Прежде, чем есть, подуй.
… показать весь текст …

Чтобы стать «королевой эпатажа»
—  недостаточно просто напялить колпак «шута горохового » …

Хочу составить новые духи. Чтоб чувствовались в них такие нотки: едва на свет рожденные стихи, скрипящее весло у старой лодки, потертый и поживший чемодан, страница в первый раз открытой книжки, холодная в лесном ключе вода, горячий самовар на свежих шишках, соленый ветер, теплый свежий хлеб, желанная прохлада летней ночи, совиное дупло, овечий хлев, набухшие весной на ветках почки.
Для сладости — надтреснутый арбуз. Для горечи — чабрец в щербатой кружке.
Чтоб аромат хотелось бы на вкус попробовать, потом, как песню, слушать, потом в ладони крепко-крепко сжать, потом, как платье новое, примерить.
Хочу такой парфюм. И очень жаль, что не найти такого парфюмера.