Nonstop

Осень наступит — я выйду в заброшенный сад,
Грешница ночь рассмеётся, присев в реверансе.
Тонкая трещина ляжет на старом фаянсе
Тёмного неба, в скоплении млечных Плеяд.
Духи земли приоткроют священный ларец,
Золото листьев собрав, словно дань для ушедших…
Медь кружевную ненужных страниц обгоревших
Сонно вдохнув, как вдыхает наш пепел Творец.
Я буду чист — fleur de lys вместо линий руки,
Выплачен счёт, и мы с грешницей ночью на равных.
Слышен рояль, но навеки умолкли литавры
Мне не дающей простого покоя строки.

Осень наступит — и прозой войдёт на порог,
… показать весь текст …

А рядом с метро «Алексеевская»
алеют редисок мазки,
как будто бабусями сеются
на серых асфальтах Москвы.

На бывшие ящики манговые
бабуси кладут их пучки,
пиарствуют,
но не обманывая:
«Хрустявые,
с грядки почти».
Но без уваженья и жалости
облавы идут на бабусь.
Кому же сегодня пожаловаться,
… показать весь текст …

Волчья порода — не надо пугать огнём,
Сталью и жалом серебряной звонкой пули.
Я, пока жив, и свободен и освящен,
И обречён… Но об этом пока не будем.
Заговор тихий, косули невинный взгляд
Выжжен клеймом на горячем и диком сердце —
Двигайся жадно, ладонью ловя стократ,
Воздух и травы, и волосы иноверца…
Старый шаман, что придумал для нас любовь,
Видно хитёр — заблудились же мы в трёх соснах.
Вот он камлает под призрачным небом вновь,
/или над небом, что тоже вполне серьёзно/.
Катится бубном и верхний и нижний мир
Прямо в траву — из травы вылетают птицы,
… показать весь текст …

Ночью лежишь во тьме, понимаешь — смертен…
/Вечность рекою млечной течёт в окне,
спят имена на горячих губах предтечи,
суть же таится в первой, простой строке/.
Ключ незатейлив: чуть-чуть серебра и стали,
Что им откроешь — то будет вовек твоё.
/Кажется мне, мы от этих дверей устали:
дверцу откроешь — другая за ней, ещё…/.

Ну, а потом ты лежишь в темноте и веришь:
Бог — это слово, серебряный ключик, мёд.
Бьются архангелы с вечным проклятьем змея,
Змей же смеётся, придумав двоичный код.
Позже плюёшь на загадочный сумрак леса,
… показать весь текст …

Не моя вина, что звучит кимвал, что в ладони со звоном танцует медь. Я хотел бы от нежности изнывать, я хотел побеждать темноту и смерть, исполнять пророчества, быть лучом, освещающим путь твой среди холмов. Только я по-прежнему обречен из людских языков выбирать немой. На немом языке отшумит война, и наступит мир, и пройдут года, ибо имя этому — тишина, и она не закончится никогда. На немом языке не поет любовь, нет ночного шепота, жарких слов. На немом языке говорит любой, кто смешал однажды добро и зло. Выбрать слово, из тысячи отыскать, покатать его, как обол во рту, но отныне голос не отпускать в эту страшную тихую пустоту. Это слово — в горле глухая боль, от которой больше не уберечь.

На немом языке говорить с тобой, проклиная дар, приручивший речь.

Когда-то я шептал тебе тайны, писал тебе песни, дарил весь мир.
Тогда мы были царем и царицей, драконом и феей. Мы были детьми.
И по пятам ты за мною шагала, как глупый щенок:
«Пожалуйста, поиграй со мной»

За буквою буква. Так строчки заматывались в любовь.
И это как битва без правил. Скажу вам — не самый удачный бой.
Играешь на скрипке, и слышу я в перепутье нот
«Пожалуйста, поиграй со мной»

Я старше на год. Но в семь мне казалось, что год — это целый век.
Тогда было просто взять за руку, ну, а сейчас и сказать «привет»
Не получается. И на все это вроде бы, нет причин.
Теперь при встрече и ты молчишь.
… показать весь текст …

Ночь звучит безупречно — в терцию
Твоему ледяному голосу…
Ей, конечно, опять не верится,
Что она не распустит волосы,
Не придёт Темнотой, Инфантою,
Королевою став к полуночи…
Окружённая только франтами,
Только свитой блестящей, сумрачной.
Твоих вод колдовское зеркало
Скажет ей, что она прекраснее
Всех других… А других и не было…
/Ложь зеркал остальных опаснее/
Королевой в опале Чёрною
Встань за городом, жди полуночи,
… показать весь текст …

Не множеством картин старинных мастеров
Украсить я всегда желал свою обитель,
Чтоб суеверно им дивился посетитель,
Внимая важному сужденью знатоков.

В простом углу моем, средь медленных трудов,
Одной картины я желал быть вечно зритель,
Одной: чтоб на меня с холста, как с облаков,
Пречистая и наш божественный спаситель —

Она с величием, он с разумом в очах —
Взирали, кроткие, во славе и в лучах,
Одни, без ангелов, под пальмою Сиона.
… показать весь текст …

Это жизненная основа —
Всем отмерен конкретный срок.
И не просишь уже иного,
а с запасом купив спиртного,
тихо-мирно молчишь в платок —
будто и не живешь… а снова
резко делаешь марш-бросок…

Дни проносятся вереницей,
сбился сердца глухой набат…
Мерно лица сменяют лица,
Бой часов, что в сенях висят,
обрезает под ноль границы.
Тупо пусто. Уже не спится
… показать весь текст …

Мы молчаньем заслужили заговорить, мы не жили — тянули жилы в календари, мы канаты вили из времени в пустоте, научились терпеть и полночь, и ясный день. И сейчас начинает случаться, происходить. Покатился клубок, за ним потянулась нить. Отмолчали полгода, дыхание задержав, и уже появился Путь и пора бежать. Собирайте тетради чистые в рюкзаки, нам теперь с руки и с красной писать строки, и не ставить точек, ручьем проливая речь, и кого захочешь — того между строк беречь. Нам даровано раздолье, зеленый свет, каждый день наш будет свят и благословен.

Потому что по движенью небесных вод мы умели знать, что с нами произойдет.