Nonstop

Где мир надел ледовую кольчугу,
И спящих туч на небе не найти,
Где нам легко придумывать друг друга
В потёмках нарисованных квартир.

Где явь твоя на части неделима,
И смотрит в душу лунная свеча,
И оборотни в масках херувимов
К тебе приходят тайно, по ночам.

А ты ещё надеешься, что ливни
Над миром и над сердцем — не всерьёз,
И зимы переписывают гимны,
И солнце распускается в мороз
… показать весь текст …

Милый мой, задумчивый, ревнивый…
Стынет в сердце страстный монолог…
Раненною птицей белокрылой
Падаю доверчиво у ног
Замираю, птенчиком в ладонях,
Виноватый, покаянный взгляд…
Ангел мой, — желание и воля!
Сладкий рай и безутешный ад …
Теплое заманчивое счастье…
В бочке меда маленькая ложь.-
Наслаждаюсь жадно настоящим
…О грядущем думаю всерьез!
Не соблазнов жду, не искушений…
А тепла родного, ярких чувств…
… показать весь текст …

Наши встречи происходят по воле случая — так волна зовет идущего по причалу. В этой точке пространства я так по тебе соскучилась, как ни разу с начала повести не скучала. Вот сложить бы страницы, чтоб повстречались странницы, обходя, минуя долгие отступления. Если мы не увидимся, что с нами завтра станется? Мы в своем одиночестве заперты, словно пленники. Говорить бы с тобой, укрывать твои плечи вязаным, шерстяным и теплым, зимнего зла не слушая. Наши встречи всегда случаются между фразами, наши встречи всегда случаются между душами. Ты ли пишешься мне, седым декабрем измучена, я ли снюсь тебе небом, где мраморный месяц высечен. Наши встречи происходят по воле случая.

Но счастливый, как известно, один из тысячи.

Воздух тяжелый, густой и влажный, режется острым ножом легко. Если ты будешь молчать о важном, можешь поставить себя на кон. Вздох твой неслышен и шаг неспешен, шкура тигровая льнет к земле. Но обезьяны деревья держат и чувствуют, как остывает след. Бронзовой шерстью, крапленой мастью с лесом сливаются, ждут в тени. Мир разделяет нас всех на части, вот только с выбором не тяни. Деревья могучи, прочны лианы, так притягательна высота, религия бронзовой обезьяны — слепая ловкость ее хвоста. Идешь наощупь, тропы не чуя, ведомый силой своих кровей. Жизнь начинает казаться чудом, а запад к вечеру — багроветь. И время вспять не имеет хода, пока лежишь в темноте один. Уставший хищник, твоя охота, как ночь, сгущается впереди. Но до золы прогорают угли, становится меткой любой изъян.

Когда ты хочешь пройти сквозь джунгли, не слушай бронзовых обезьян.

Расстанемся однажды в гуле дня, чуть еле слышно слишком проронив:
Не прислоняться, не дышать, не жмуриться,
И первый под руку попавшийся автомобиль
Рванув, как будто застегнёт скупое декольте озябшей улицы.

Мы разойдёмся тихо, откровенно, насовсем,
Настало время, и отстала кожа,
Сойдемся может только на ничьей,
Петлёю огибая всех, кто даже уже краешком похожий.

Бежим, расталкивая взгляды, время, никотин,
Отмахиваясь от любых воспоминаний,
Пора! Рискнём в другую жизнь,
Я слышал, что она ещё бывает.
… показать весь текст …

Я ласкала эти стены взглядом… Привыкала к ликам примадонн… Здесь гитара пела снегопадам… под неровный струнный перебор,.Здесь душа парила синей птицей не страшась взлетала в небеса… проявлялась рифмой на странице и входила музыкой в меня… Оживала первым сладким стоном… терпким медом липла на губах, извивалась тенью невесомой и собакой ластилась в руках, Здесь сейчас печаль ласкает струны … зарождая новый звездопад озаряясь ликом полнолунья украшает нежности наряд
… Силу жизни, мудрость и свободу… бесконечный свет и вход в тоннель… прославляет рифмой, дни и годы… мой певец веселый менестрель…

Застыло время, вязко сквозь окно
Стекает, сонно на уснувший город
Мой странный мир. осколочек его,.
Сбегает в зиму, по зеленым шторам…

И к вечности, открытые врата,
Для беглеца, стремленье и отвага…
А я, набросив плащ, сойду с крыльца, —
Шагну за ним в безумье маскарада

Мир — лебяжий пух, тишина на дне,
от надреза лезвия тонкий шрам.

Ты устал, мой хрупкий — иди ко мне, если вдруг придумалось умирать.
Вот в тебе немного зимы и льда — что с ним делать, когда ты не знаешь как?
Уберечь и холоду не отдать, убаюкать в теплых своих руках.
В них почти материнский живет уют. В них не страшно молчать или говорить.
Хрупкий мой, ты настолько раним и юн, ты не знаешь, кто — там, у тебя внутри.
Это время течет и дает ключи, это время тебя привело ко мне.

Расскажи мне, где больно — и помолчим.
И посмотрим, как мир заплетает снег.

Поверишь: а большего счастья не надо,
Чем жизнь, что минутной тоске безответна.
Мы — словно деревья уснувшего сада, —
Проснёмся в цвету и обнимутся ветви
Души — с ожиданьем, дарующим радость,
Что с детства земле очарованно снится,
Где нам, словно строкам поющей Эллады-
Летать и скитаться по снежным страницам
Зимы, что придумана кем-то из лучших
Хранителей писем степного ночлега,
Что нас всепрощенью однажды научит…
Нам только б дождаться попутного снега,
Попутного неба,
Где слов электрички
… показать весь текст …

ты моё исключенье из правил…
моя тайная, скрытая явь
легкий блик на тончайшей сусали…
лунный свет в обрамленьи зеркал.
недоступною лаской хранимый,
обнажающий всю… до нутра…-
низвергающий следствий причины,
до абсурда, до пыли, до дна…
ты моё наважденье и вера…
всепрощенье и жажды оплот…
силой встречной волны в исступленьи …
замыкающий времени ход…,
В миражах проступающих истин, —
зыбкий, образ тончайший субстрат…
… показать весь текст …