Иди ко мне…
в разверзшуюся ночь,
в багрово полыхающую осень…
я скоро попрошу тебя помочь
в костёр поленьев нежности подбросить…
из углей СМС раздуть пожар
слепую пожирающую похоть —
терзай меня рингтонами,
Сентябрь —
труби начало огненной эпохи…
Короткие гудки,
…как рваный пульс…
дрожащие над кнопочками пальцы —
Что случилось?-
Просто Осень собирает урожай, —
Листья жжет, дождями косит
Утром прячется в туман…
Днем ее почти не видно
Небо — синь, река — пожар…
Вечерами в сумрак выйдет, —
Холодком затянет марь…
Шепчет листьям приговоры
Серебрит росой кусты,
Тишиной укроет город
До малиновой зори…
В тонком платье из вуали паутинкой поплывет…
На рассвете в дымке канет…
Что за радость такая — разлюбить?
Это же как уехать с моря или уйти с праздника (даже если это была не весёлая вечеринка с фейерверком, а какой-нибудь хоррор-квест).
Вернуться в свою скучную, пустую квартиру, сесть и уставиться в окно.
Разлюбил. Ух, как хорошо. Свобода. Вон её сколько! Вся моя. Вот заживу-то теперь, ооо!
Так проходит день, неделя, месяц, а ты всё не живёшь и не живёшь, а так, телепаешься от одной скудной эмоции до другой, сохнешь, вянешь, глаза безумные, чем бы вмазаться, чтобы стало «как тогда».
Свободой своей драгоценной вмажься, умник.
Ты же её так хотел.
Не вставляет, да?
Почему-то, да?
Потому что-то пространство, о котором речь, должно быть только наполненным, причём наполненным конкретным веществом — тем самым, которое получается, когда ты от кого-то в восторге, в ауте, взахлёбе.
«Осень — это просто красивая клетка, но в ней я уже, кажется, был…»
(Виктор Цой — «Пора»)
Переводные картинки лета снова дождями шальными смоет,
Выстудит комнаты сквозняками, выманит дворников на простор.
Память оставит лишь абрис леса, небо закатное, запах моря —
Смуглое время со вкусом карри завтра покажется дивным сном.
Ты не почувствуешь поначалу. Просто задёргают быт и ветер.
Просто, одетый не по погоде, выйдешь из дома, потупив взор, —
И тут навалится беспощадно город, взлохмачен и разноцветен.
И, как назло, никуда не годен старый, почти не дырявый зонт.
Не пересматривай фотоснимки — не отвлекайся от прелых будней,
Осенней утренней зарёй, когда туман в низине
И речка путается в нём как в свадебном белье,
Сверкает в солнечном луче роса на паутине.
Среди рябиновой листвы прекрасное колье.
Казалось что тут говорить, простая паутинка,
А может просто пошутил паук — комедиант,
Но посреди неё дрожит огромная росинка.
Невероятной чистоты прозрачный бриллиант.
Хозяйку сказочной поры сегодня мы попросим
И пусть в укромном уголке наш скромный ювелир.
Одень же чудное колье аристократка осень
И пусть от зависти замрёт весь восхищённый мир.
Ты погадаешь на будущее. Когда же всё будет лучше. Не помогают ни карты, ни блюдца в кофейной гуще. Детали головоломки недостающие. Счастливые обладатели master card. Не знающие слов
«пробник»
«эконом класс»
«плацкарт»
Все эти прямоходящие, курящие, надушенные, непьющие, со вкусом и дорого упакованные. Всё время куда — то командированные. Идущие, бегущие и летящие. Там, среди них, то самое твоё настоящее. Такое близкое и теплокровное млекопитающее. Которое скажет
Давай обнимемся.
Где романтичные…
Напиши мне Осень нежное посланье,на листочке клена,опусти в окно… И входи без стука,гостьей без названья,на бокал муската,что храню давно… Ты привыкла к дыму,мы с тобой закурим,улыбаясь бликом,вспыхнет огонек… Расскажи мне Осень,ты о ком тоскуешь,и дождями плачешь,уж какой денек… Для кого росою ткешь ковры у дома… и танцуешь в небе,падая листвой… Кажется… Ты знаешь,с ним и я знакома… Только все напрасно,-он уже с другой… Я их повстречала в переулке летом… Шли вдвоем обнявшись,под цветным зонтом… Он шептал ей что то,будто по секрету,как влюбленный мальчик,провожал домой… И стоял у дома долго ветви гладил… ивы подпевали знойной мишурой… А потом… взметнулся… громом,ливнем,градом… и кружил под небом… — Ветер озорной… Ты не плачь,подруга…-«.Все проходит», — знаешь… Он еще вернется,но уже не к нам… Заходи,почаще,угощаться чаем… Мы теперь как сестры,с горем пополам …
Только не спрашивай, что потом. Лето — всего девяносто суток.
Вата в ногах. Где-то в горле ком. Это, мой друг, просто промежуток
между резиновым сапогом и лёгким платьицем цвета «пудра»,
между безветренным четвергом и воскресенья дождливым утром,
между сплетением голосов и тишиной, заложившей уши,
между притянутых полюсов и неизменной привычкой рушить.
Лето — всего девяносто дней. Встретишь закат, а на завтрак — осень.
Только не смей говорить о Ней. Хочешь, вернешься к Ней в семь ноль восемь
в…
Я не пишу тебе… здесь осень
она владеет мной сполна
шьет кружева сплетая просинь
и жжет листву в конце двора…
а вечерами льет в бокалы муската ароматный смех
раскрасила мне строчки ало позолотив над лампой свет
Она смела и дождь ей в пору…
но иногда как я грустит
сидит в качалке на балконе о чем-то с ветром говорит,
а он разнежится и стихнет
или пойдет листвой шуршать
и до утра под стоны, всхлипы
поет в трубе гортанный джаз
я засыпаю очень рано, совсем не так как мы с тобой…
Лето вышло в тираж
Поклонилось к закату
Каждый день все короче,
А ночи длинней…
Вечер темный и злой
В комариных руладах…
И уже не поет
Чаровник соловей…
Пахнет скошенным полем,
Травой, абрикосом…
Земляника везде распустила усы…
На горячей постели
Нагие как звезды
Мы друг другу опять