Анна Петрова0

«Ты, Катерина, маленько не умеешь жить. А станешь учить вас, вы обижаитись. А чего обижатца? Надо, наоборот, мол, спасибо, мама, что дала добрый совет. Мы тоже када-то росли у отца с матерей, тоже, бывало, не слушались ихного совета, а потом жалели, но было поздно. Ты подскажи своему мужу, чтоб был маленько поразговорчивей, поласковей. А то они… Ты скажи так:"Коля, что ж ты идрена мать, букой-то живешь? Ты сядь, мол, поговори со мной, расскажи чего-нибудю.А то, скажи, спать поврозь буду!»

Земля-жуткое место для обитания-дикое и жестокое. Руины должны быть расчищены, квартал за кварталом, после этого можно приниматься за строительство. Это означает работу, много работы.

…Вообще он давненько приглядывался к шляпе… Хотелось купить… Но… Не то что денег не было, а не решался. Засмеют деревенские: они нигде не бывали, шляпа им в диковинку…
На жену Анатолия шляпа произвела сильное впечатление: она стала квакать (смеяться)и проявлять признаки тупого психоза…
-Она ж тебе не идет. Получилось знаешь что: на тыкву надели ночной горшок. Кто ты такой, что шляпу напялил? Как тебе не стыдно? Тебе, если по-честному-то, не слесарем даже, а навоз вон на поля вывозить, а ты-шляпу…
… показать весь текст …

…Представил Сергей, как заблестят глаза у жены при виде этих сапожек. Она иногда, как маленькая, до слез радуется. Она вообще-то хорошая. С нами жить-надо терпение да терпение, думал Сергей. Одни проклятые выпивки чего стоят. А ребятишки, а хозяйство… Нет, они двужильные, что могут выносить столько. Тут хоть как-нибудь, да отведешь душу: выпьешь когда-все легче маленько, а ведь они с утра до ночи, как заводные.

Черные волны, море ночное, падает звезда,
Или сейчас мы будем с тобою, или никогда.
Волны наощупь трогают камни словно в первый раз,
Губ твоих нежность очень нужна мне именно сейчас.

Первый поцелуй-первая печаль,
Первое «прости», первое «прощай»,
Первый поцелуй, первая гроза,
Первое «хочу», первое «нельзя».

Чайки уносят в темное море детство навсегда,
Плачет от счастья или от горя черная вода.
Я все запомню: и теплый ветер, и морской песок,
Ты все забудешь и не заметишь, как ты одинок.
… показать весь текст …

Триша погрузилась в свою любимую грезу. Она сняла бейсболку «Ред сокс» и посмотрела на размашистую роспись на козырьке. Роспись эта помогала Трише настроиться на нужную волну. Роспись Тома Гордона. Брату нравился Мо Вонг. Мамик больше благоволила к Номару Гарчапарре, а вот у нее и отца любимым игроком «Ред сокс"был Том Гордон. В «Ред сокс» Том Гордон был финишером: выходил на поле в восьмом или девятом иннинге, когда матч близился к концу, а «сокс» вели в счете. В такой ситуации тренеры отдавали предпочтение питчеру, которому доверяли на все сто процентов. Отец Триши восхищался Томом Гордоном за то, что тот никогда не терял самообладания…
Со своей подругой Пепси Робишо поделилась она мыслью о том, что Том Гордон «очень даже симпатичный».А Монье-Болонье, отбросив осторожность и всякий стыд, призналась, что второго такого красавца, как Номер 36, на свете нет и, если бы он коснулся ее руки, она бы лишилась чувств. А если бы поцеловал, пусть даже и в щечку, то скорее всего умерла.

«Как-то пришел домой-сам не свой-желтый;глядя на жену, сказал:
-Это…я деньги потерял.-При этом ломаный его нос (кривой, с горбатинкой) из желтого стал красным.-Сто двадцать рублей.
У жены отвалилась челюсть, на лице появилось просительное выражение: может, это шутка? Да нет, этот кривоносик никогда не шутит, не умеет. Она глупо спросила:
-Где?
Тут он невольно хмыкнул.
-Да если б я знал, я б пошел и…
-Ну, не-ет!!-взревела она.-Ухмыляться ты теперь до-олго не будешь!-И побежала за сковородником.-…
… показать весь текст …

Спрашиваю у своего, умеет ли он стекла в оконные рамы вставлять."Не знаю,-говорит,-не пробовал!"

И тут меня стукнула идея. Как только я выпиваю лишнего, меня начинают стукать разные идеи. Иной раз с похмелья все тело болит.

Чудик поспешил сойти с крыльца… А дальше не знал, что делать. Опять ему стало больно. Когда его ненавидели, ему было очень больно. И страшно. Казалось:ну, теперь все, зачем же жить? И хотелось куда-нибудь уйти подальше от людей, которые ненавидят его или смеются.