Анна Петрова0

-Выслушайте меня,-сказала графиня (Козель),-я была королевой, властительницей, божеством, я мать троих признанных королём детей, я не дала ему ни малейшего повода ни к подозрениями, ни к ревности, самая злая клевета не приставала ко мне, рассыпалась в прах. Если я могу в чем-нибудь упрекнуть себя, то только в чрезмерной любви к королю. После восьми лет совместной жизни, после совсем ещё недавних клятв и уверений, ничтожная интрига отнимает у меня не сердце его, нет, а страстную его привязанность…
-Да, что верно, то верно… но вы можете… уладить все тихо и мирно, как Тешен и Аврора.
Козель покраснела и вскочила со стула.
-Тешен и Аврора были фаворитками,-вскричала она,-а у меня обещание жениться, я была и есть его жена.
Вацдорф расхохотался.

Несмотря на то что влияние чужеземных нравов уже сказывалось в Польше и скандал такого рода был не в новинку, почтенные люди открыто осуждали госпожу Денгоф, а то, что замужняя женщина забыла о чести своей в отсутствии супруга, вызывало глубокое возмущение… Родные Марыниного мужа, которого приказания короля и искусные интриги держали вдали от Варшавы, в деревне, настаивали, чтобы он вызвал к себе жену. Муж забросал Марыню гневными письмами, настойчивым требованиями, страшными угрозами.
Когда вс…
… показать весь текст …

Мы с мужем наконец то накрыли целлофаном теплицу, пропололи и подвязали томаты. Лучше поздно, чем никогда!

Виндзорский колокол пробил двенадцать раз. Вот она, долгожданная минута! Эй вы, боги с горячей кровью в жилах, помогите мне! Вспомни старый Юпитер, тот день, когда ты сделался быком ради своей Европы… О, могущественная любовь! Зверя она иной раз превращает в человека, а человека-в зверя! Ты, Юпитер, превратился однажды в лебедя-помнишь, когда ты влюбился в Леду? О, всесильная любовь! Она заставила бога, отца богов, уподобиться глупой птице гусиной породы,"он для коровы стал быком, а для гусыни-гусаком!"Ну, уж если боги, полюбив, сидят точно на угодьях, то чего же требовать от нас, бедных смертных! Что касается меня, то здесь, в Виндзоре, судьба превратила меня в рогатого оленя,-пожалуй, самого жирного в здешнем лесу. Помоги мне, Юпитер, охлади мою любовную горячка, чтобы я не растаял и не истек салом! Эй, кто там? Уж не моя ли легконогая лань?
Входят миссис Форд и миссис Пэйдж.

Фальстаф. Ох, как бы я хотел, чтобы весь этот бесчестный мир надули и обвели вокруг пальца! Ведь меня-то не только надули, но и вздули. Что если при королевском дворе узнают, в каких я побывал передрягах, как меня полосками, катали, колотили… То-то будет смеха! Их меня вытопят всесь мой жир, каплю за каплей, и рыбаки станут мазать моим салом грубую кожу своих башмаков. Придворные острословы будут колоть меня иголками своих шуток, пока я не сморщусь, как сухая груша. Да, мне перестало везти с тех пор, как я, передернув карту, молился именем святого Джона. Ах, если бы только одышка не мешала прочесть молитвы, я бы покаялся!

Серые тучи, промозглая тьма,
Последний жетон на метро иссяк,
Холодной тушей вползает зима.
Все ближе и ближе хронический мрак.
Плохи-плохи-плохи наши дела,
Но чтоб избегнуть горя и бед,
Йо-хо-хо, пожелай мне бабла,
Как я желаю его тебе.

Каждый себя уважающий тролль,
И человек, и пароход,
Знает про Святки, помнит про Йоль,
Учитывает ёлку и Новый год.
Но Йоль без пива и мяса-не Йоль,
… показать весь текст …

Ой! И что за проклятие такое?
Мне вот семь столетий нет покоя.
Нет вот чтобы тихо в подземелье помереть,
Так я зачем-то на костре решил сгореть.
В герои вышел я, и стало ясно мне,
Что было легче в Палестине на войне,
Что после смерти мне не обрести покой,
Ролевики стремают душу ерундой.

Я сам не знал, что был таким хорошим
И в общем, был изрядно огорошен,
Тем, что на Ситэ уж впору приносить цветы-
Трудами вашими я стал почти святым!
И я уже привык трагическим ролям-
… показать весь текст …

Стальная стремянка, оказывается, неплохой музыкальный инструмент, тонким дребезжанием передаёт мельчайшую дрожь в коленях!

Карл созвал саксонское дворянство в Лейпциге, чтобы взыскать с него контрибуцию. Дворяне, пытаясь освободиться от неё, убеждали шведского короля, что никаких повинностей, кроме как явиться с конем на войну, они не обязаны были нести.
-А где же вы были с вашими рыцарскими конями, когда я входил в Саксонию?-спросил Карл12.-Если бы вы обязанность свою выполнили, меня бы здесь не было. Когда при дворе пируют и кутят, вы тут как тут, а как страну защищать, так вы дома отсиживаетесь. Знать ничего не знаю, извольте платить контрибуцию, а всех остальных освобождают от неё.

Швед одерживал победу за победой и грозился сбросить Августа с трона. Август оборонялся, скорбел, развлекался и злоключения свои топил в вине и в наслаждениях. Тайные придворные интриги не прекращались.
Охота, пиры, маскарады, балы, театры-все это прервала весть о приближении шведов к Саксонии. Карл 12 гнал врага в его же логовище. Поднялась невероятная паника.