Сухомозский

Если ты никому не нужен — это еще не одиночество. Одиночество — если ты уже не нужен и самому себе!

Человека не красят не только годы, но… и зубы.

Было на улице полутемно.
Стукнуло где-то под крышей окно.
Свет промелькнул, занавеска взвилась,
Быстрая тень со стены сорвалась —
Счастлив, кто падает вниз головой:
Мир для него хоть на миг — а иной.

Все повторяется: тот же прохожий,
Слякоть бульварная, кружится снег…
Только не может, не может, не может
Прожитый миг повторить человек.
Будет роса на цветах серебриться,
Будут морозы, метель, снегопад,
Все бесконечно еще повторится,
Но никогда не вернется назад.

По безумным блуждая дорогам,
Нам безумец открыл Новый Свет,
Нам безумец дал Новый Завет,
Потому что безумец был богом!

Всегда нема, всегда нема
И скажет больше пантомима,
Чем я сама.
И мне сегодня за кулисы
Прислал король
Влюбленно-бледные нарциссы
И лакфиоль.
И затаив бессилье гнева,
Полна угроз,
Мне улыбнулась королева
Улыбкой слез.
А дома в маленькой каморке
Больная мать
Мне будет бальные оборки
… показать весь текст …

Дрогнули вагоны, и в окне
Грустная улыбка промелькнула
Поезд уходил. И, как во сне,
Вслед ему я руки протянула.
Замерло дыханье на лету,
Голос потонул в колёсном стуке,
Только устремились в пустоту
Рельсы, как протянутые руки.

И опять к равнодушной отчизне
Дикой уткой взовьется упрек.
— Я участвую в сумрачной жизни,
Где один к одному одинок!
Небо тусклое с отсветом странным —
Мировая туманная боль.
— О, позволь мне быть тоже туманным
И тебя не любить мне позволь.

Ну, застрелюсь. И это очень просто:
Нажать курок, и выстрел прогремит.
И пуля виноградиной-наростом
Застрянет там, где позвонок торчит.
…
Обиду стерла кровь, и ты,
Ты думаешь, по нем вздыхая,
Что я приставлю дуло (я!) к виску?
О, безвозвратная! О, дорогая!
Часы спешат, диктуя жизнь: «ку-ку».
А пальцы, корчась, тянутся к виску…

Мне было грустно… Книги и мечты,
Как милый бред, развеялись далече…
Я был один; и ангел пустоты
Зловеще лег руками мне на плечи.