Сухомозский

Человек живет больше прошлым, чем настоящим и даже будущим.
То, что ушло безвозвратно, бесконечно дорого.
Нынешним он, наоборот, как правило, недоволен.
С завтрашним связывает радужные надежды, многие из которых, как небезосновательно полагает, вряд ли сбудутся, и поэтому оно его напрягает.

Допустив три промаха, французский биатлонист Мартен Фуркад заявил, что прицел его винтовки в ходе несанкционированного вмешательства во время гонки сбили русские хакеры.

Человек не свободен хотя бы потому, что имеет глаза и уши.

С каждым прожитым мгновением меня все больше интересует собственный внутренний мир и все меньше — мир внешний. Из чего делаю вывод, что постепенно становлюсь то ли философом, то ли идиотом.

У нас нет демократов, есть только обиженные режимом.

Мир такой, каким мы позволяем ему быть по отношению к себе.

Свободен лишь тот, кто ни на кого не рассчитывает и надеется исключительно на себя.

Жизнь для меня всегда была дорога вовсе не как процесс, а как представившаяся шальная возможность познания окружающего мира.
Поэтому и смерти, обрывающей ее, не страшусь. Неприятно одно: «отключившись», я не буду ничего знать о происходящем на Земле. А жутко хочется! Особенно в части развития науки и техники: о, сколько там событий чудных…

Надеяться на бога все равно, что ожидать рождения ребенка от резиновой женщины.

Человеку подвластно все, кроме «не родиться».