Ты прости меня, родная,
Что грущу и я порой.
Что тихонечко вздыхаю
За твоею я спиной…
Я — счастливая, я знаю,
Бог мне подарил тебя.
Просто я не представляю —
Как ты будешь без меня…
Она — почти художница… и рисовала солнышко,
Траву, деревья, облачко, и дождика штрихи.
А он шарфом укутывал ей худенькое горлышко,
И вслух скрипучим голосом читал свои стихи.
Она, с короткой стрижечкой, похожая на мальчика,
С серьёзным видом слушала, как он любил и жил.
А он, ее баюкая, дыханьем грел ей пальчики,
И милые художества заботливо хранил.
Знакомы меньше месяца… Старик, сиротка-девочка,
В больнице сельской простенькой вдруг судьбами срослись.
Два грустных одиночества связав болезнью-…
Уходишь ты. Так просто — уходи…
Не прижимай меня в объятиях к груди…
И не смотри сочувственно в глаза —
Два раза отразиться в них нельзя.
Уходишь ты… Так поскорее уходи,
А не расписывай, что будет впереди.
Не говори, что будешь ты скучать,
По новой нам ведь нечем начинать.
Уходишь ты… Решительно иди.
Но у тебя меня не будет впереди.
Я всё равно ведь не скажу — Постой.
И не скажу уже тебе — Любимый мой…
Уходишь — уходи. Раз так решил.
…а у меня лишь на молчание хватает сил…
Если б дали прожить всё заново,
Да при этом бы стёрли прошлое…
Я, наверно, была б как Уланова.
Или стала звездой, как Порошина.
Я о чём-то другом мечтала б тогда…
И несла бы всем только хорошее!
Как же жаль, что без счастья прошли года…
Ах, ну да… я же счастьем брошена…