…у древних были боги вина и веселья — Вакх и Дионис. А у нас вместо них — Фрейд, комплекс неполноценности и психоанализ, боязнь громких слов в любви и склонность к громким словам в политике.

Самый легкий характер у циников — самый невыносимый у идеалистов.

Никаких объяснений. Они слишком отдают пошлостью. Любовь не терпит объяснений. Ей нужны поступки.

Мать — это самое трогательное из всего, что есть на свете. Мать — это значит прощать и приносить себя в жертву.

«А время — оно не лечит. Оно не заштопывает раны, оно просто закрывает их сверху марлевой повязкой новых впечатлений, новых ощущений, жизненного опыта… И иногда, зацепившись за что-то, эта повязка слетает, и свежий воздух попадает в рану, даря ей новую боль… и новую жизнь… Время — плохой доктор… Заставляет забыть о боли старых ран, нанося все новые и новые… Так и ползем по жизни, как ее израненные солдаты… И с каждым годом на душе все растет и растет количество плохо наложенных повязок…»

Нельзя привязываться к людям всем сердцем, это непостоянное и сомнительное счастье. Ещё хуже — отдать своё сердце одному единственному человеку, ибо что останется если он уйдёт? А он всегда уходит.

Есть люди — как птицы! Не успеют взлететь — уже гадят на голову…

Не нужно презирать то, чего не можешь иметь…

Однажды парижский аристократ, зная, что в венах Дюма течет негритянская кровь, и желая поддеть его, спросил: «Кем был ваш отец?»
На что романист ответил: «Мой отец был креолом, дед — негром, а прадед, вероятно, обезьяной. Как видите, мой род берет начало там, где остановился ваш…»

Если, кто-то занёс нож, что бы ударить вас в спину -повернитесь к нему лицом, и посмотрите, как ему трудно будет это сделать.