Людмила Щерблюк

В спорте проще чем в жизни,
ты знаешь старт и видишь финиш.
И может быть оно так надо,
сама, ведь, жизнь уже награда.

Счастье приходит, даже если его ты не ждёшь,
с солнцем в небе, облаками, конечно же в дождь.
С зорькой утренней, росами, запахом скошеных трав,
и с садами цветущими и с весёлым журчаньем ручья.
Каждый день, каждый миг наполняя тебя и меня,
Просто надо понять, счастье -это и видеть и знать,
и любить и летать, падать вниз, все, что есть познавать.
Зла не делать, беды не желать никому,
и дарить доброту вновь пришедшему каждому дню.

Не так страшны осенние дожди,
как-то, что сутками стучат в окно они.
И льются слезы омывая стекла, рамы,
и бьют, как Морзе чётко и упрямо.
Все мокро, неуютно и серО,
как черно- белая костяшка домино.
Нахохлились дома, сараи, двор подмок,
фонарь на улице, скамейки, серый кот,
что спрятался у мусорных корзин,
а рядом окнами блистает магазин
и так манят и запахи и звуки,
но кот застыл и нет его старухи.
Как раз в тот самый длинный дождь,
её снесли родные на погост…
… показать весь текст …

Порою жизнь не только учит, где надо — стоит промолчать, но и тому что, как ни странно, болтать без устали, болтать.
Кому-то нравится безмолвье, а кто-то любит разговор, но есть ещё порой такое, где разговоры, что без слов.

Пегаса оседлала, несусь я во всю прыть,.
Летят слова -цитаты, ну как же не любить
коня, что мчится ветром и вдохновляет ум,
а в голове рождает прекрасных много дум.

Приходит что-то и уходит,
нет постоянства на земле.
Лишь лицемерие в народе,
как воздух постоянное.

Никто его не замечал,
он себялюбом слыл отменным,
жену терпел, не ждал замены,
ведь поиск просто огорчал.
И ненавидел всех вокруг,
лелеял свои чувства злые,
ходил в тоске да и в уныние
и все сужался его круг.
Бежали годы-облака,
стал увядать нарцисс, но все же …
всех ненавидел, жену тоже и
лишь терпел её пока.
И ненависть сожгла его,
жена его похоронила,
… показать весь текст …

Работа над своими ошибками не даёт гарантий, что не будет новых.

«Все тайное становится явным «, только изменить уже ничего нельзя.

Бездушных людей нет, есть люди чьи души «живые мертвецы».