Ревизор за кадром Фельетон на злобу дня
Этот текст родился не из желания кого-то обидеть, а из искренней заботы за наше общее творческое пространство. В последнее время в ленте всё чаще звучат горькие признания в том, что портал теряет свою былую глубину. Нужно отложить в сторону привычные обиды, включить самоиронию и посмотреть на себя со стороны. Ведь, как известно, лучшая терапия против творческого застоя — это хорошая классическая сатира.
Зайдешь поутру на сайт в надежде испить из источника живой мысли, а попадаешь на общее собрание жильцов коммунальной квартиры. В левом углу сбилась в кучку одна литературная фракция, в правом — другая. Между ними — скандал на ровном месте, вспыхнувший от неосторожного запятого знака.
В комментариях дым коромыслом, критики не гнушаются крепкого словца, а рядом процветает бойкая цифровая фарцовка: авторы азартно торгуют лайками и комментариями по принципу «ты мне, я тебе».
Этакий творческий бартер: я похвалю твой плагиат, а ты в ответ восхитишься моей банальностью. Мышиная возня достигает таких масштабов, что впору заводить кота.
Но самое забавное в этой драме — хор плакальщиков. Хористы, заламывая руки, пишут в своей колонке скорбный манифест: «Увы, сайт деградирует! Читать совершенно нечего! Кругом один плагиат, банальность и перефраз великих мудрецов!»
Позвольте, господа, но кто же авторы этих бесчисленных перефразов? Не те ли самые лица, что так горько сокрушаются о падении нравов? Из закромов памяти вытаскивается запыленная цитата Конфуция или Омара Хайяма, слегка подкрашивается свежими синонимами — и вуаля, перед нами новая «жемчужина» мысли, требующая немедленных оваций и лайков от своей кучки единомышленников. А если оваций мало — начинается очередная кухонная баталия.
Сайт хиреет не от отсутствия читателей, а от избытка зеркальных отражений. Мы ходим друг к другу в комментарии, чтобы увидеть там себя любимых, а натыкаясь на чужое эго, искренне возмущаемся.
И вот в этой удушливой атмосфере взаимных претензий так и хочется раздвинуть декорации, выйти на авансцену и, подражая бессмертному гоголевскому Городничему, заглянуть прямо в мониторы беснующихся комментаторов. Чего шумим, господа? О чем пишем манифесты? Чему и над кем сокрушаемся?
Над кем смеетесь? Над собой смеетесь!
Ревизор уже здесь, он за кадром. И имя ему — наше собственное творческое увядание, которое мы так упорно отказываемся замечать за фасадом мелких обид и громких, но пустых амбиций.