Когда Анна де Голль родилась в новогодний день 1928 года в Трире, Германия, врачи поставили диагноз, который в те времена сопровождался глубоким позором. У Анны был синдром Дауна. В начале XX века это состояние называли «монголизмом». Медицинские мифы обвиняли в этом вырождение родителей, алкоголизм или болезни. Семьи высокого социального положения обычно отправляли таких детей в учреждения и больше никогда о них не говорили.

Шарль де Голль и его жена Ивонна отказались сделать это. Когда кто-то предложил поместить Анну в специальное учреждение, де Голль ответил просто и твердо. Она не просила приходить в этот мир, сказал он. Мы должны сделать всё, чтобы она была счастлива.

В доме де Голлей существовало одно священное правило. Анна никогда не должна была чувствовать себя другой или хуже остальных. И поэтому, в мире, который отворачивался от таких детей, как Анна, де Голли держали её рядом с собой. Она росла вместе со своим старшим братом Филиппом и сестрой Элизабет. Она ходила туда же, куда ходила семья. Она жила в их мире, а не за стенами забытой больничной палаты.
История помнит Шарля де Голля как величественную и часто холодную фигуру. Он был человеком железной воли, который возглавил Свободные французские силы во время Второй мировой войны. Он был генералом, который позже стал президентом. Его знали за надменность, острый ум и политическую упрямость. Даже в семье он был тихим и сдержанным. Его внук однажды сказал по радио, что его отца никогда не видели утром, пока он полностью не одевался в военную форму.

Но Анна изменила всё это.
В её присутствии стоический генерал исчезал. Он танцевал для неё маленькие танцы. Он показывал пантомимы и пел популярные песни. Он гулял с ней, держа её за руку, тихо разговаривая о том, что она могла понять. За всю её короткую жизнь он был единственным человеком, который мог заставить её смеяться. Он называл её своей радостью.
«Она помогла мне преодолеть слабости всех людей, — говорил он, — и увидеть нечто большее, чем они».
Анна могла ясно произнести только одно слово за всю свою жизнь. Это слово было «папа».

Семья де Голлей яростно оберегала её частную жизнь. Её отец запретил фотографам включать своих детей в публичные фотографии, сделанные в семейном доме во время войны. Он знал, что присутствие или отсутствие Анны вызовет внимание и жестокие комментарии. Другие дети дразнили её, потому что она была другой. Но жестокость была ещё тяжелее от того, что Анна не понимала, почему она отличается.

Преданность семьи Анне со временем превратилась в миссию, которая вышла далеко за пределы их дома. В октябре 1945 года Ивонна де Голль приобрела замок Вер-Кёр в Милон-ла-Шапель. Вместе они создали Фонд Анны де Голль — частную больницу для молодых женщин с интеллектуальными нарушениями. Многие из этих девушек были оставлены своими семьями или не имели тех возможностей, которые были у де Голлей. В учреждении служили монахини, и со временем там заботились примерно о сорока девушках. Это был новаторский акт сострадания в то время, когда общество почти ничего не предлагало людям с инвалидностью.

Жизнь Анны была трагически короткой. 6 февраля 1948 года, чуть больше чем через месяц после её двадцатого дня рождения, она умерла от бронхиальной пневмонии в семейном доме в Коломбэ-ле-Дез-Эглиз. Она умерла на руках у своего отца.
После похорон высокий генерал взял руку своей плачущей жены и тихо сказал:
«Теперь она как все».

Это были слова отца, который хотел сказать, что в смерти его дочь наконец освободилась от мира, который никогда её не понимал.
Но де Голль не оставил Анну позади. Он носил её фотографию в рамке повсюду, куда бы ни шёл. 22 августа 1962 года, во время покушения, известного как засада в Пти-Кламар, пулемётный огонь прошил его автомобиль. Позже де Голль сказал, что одна из пуль была остановлена рамкой с фотографией Анны, которую он в тот день положил на заднюю полку машины. Даже после смерти она всё ещё защищала человека, который всю жизнь защищал её.

Когда Шарль де Голль умер в 1970 году, он не просил о грандиозных государственных похоронах в Париже. Он выбрал быть похороненным на тихом сельском кладбище в Коломбэ-ле-Дез-Эглиз, рядом со своей любимой Анной. Спустя годы Ивонна была похоронена рядом с ними.
Де Голль однажды сказал, что Анна была благодатью Божией в его жизни. Он говорил, что её рождение было испытанием, но она удерживала его в покорности чему-то большему, чем политика или власть.

Человек, который спас честь Франции, нашёл свою величайшую силу не на поле боя, а в нежной компании девочки, которую мир советовал ему скрыть.

История семьи де Голлей учит нас тому, что миру всё ещё необходимо услышать. Каждый человек, независимо от своих возможностей, заслуживает достоинства и любви. Мы никогда не должны стыдиться тех, кого любим. И иногда самые тихие люди оставляют самый громкий след в наших сердцах.
Анна могла произнести только одно слово. Но этого одного слова — «папа» — было достаточно, чтобы навсегда изменить жизнь великого человека.

День не спрашивая забирает
Жизни толику т. е. чуть чуть.
И, естественно, не обещает
Это забранное вернуть.

Предлагает обмен неброский,
Щепоть мудрости, граммов пять,
Или может листок березки
Для гербария нам отдать.

И не выпросишь, не осудишь,
Так устроен был мир всегда.
Постепенно старели люди
Эти дни превратив в года.
… показать весь текст …

Куплет 1
Я помню три простых опоры давних лет:
Фрактал — как будто мир глядится в зеркала,
В узоре каждой ветки, в отблеске рассвета
Всё повторяет то, что было там, вчера.
Комплементарность — день и тень, тепло и холод,
Без тени не понять, где свет горит сильней.
А иерархия ведёт сквозь годы гордо,
Сквозь тихий шёпот дней и шорох тополей.

Припев,
Но мир не любит строгих, чётких линий,
Он прячет тайну в числе ПИ простом.
Как будто кто-то тихо, без причины
… показать весь текст …

Август, милый, что меня торопишь,
Провожаешь моё лето к небесам.
И опять ты ни о чём не спросишь,
Как жила, да ты ведь знаешь сам.

Август, август, пролетаешь птицей,
Год прошел, и… что осталось там?
Я ступала львицей и была царицей,
А теперь уже своим я отдаюсь годам.

Помнит август первый миг рожденья,
Первый крик и первый шаг потом.
Август месяц, божье ты творенье,
Красишь этот мир всегда ты золотом.