На пороге лежал мёртвый птенчик.
Возможно, котик неудачно сломал ему крылья, оборвав жизнь.
Девушка подняла его трупик и выбросила в мусорное ведро, не сумев пролить ни одной скупой слезинки.
Внутри неё стояла странная, звенящая пустота.
Она поймала себя на мысли, что сухость глаз пугает её куда сильнее, чем сам факт смерти.
«Неужели я очерствела?» — подумала она, глядя на свои чистые ладони.
Но это были не слёзы, которых не нашлось; это был ступор.
Тот самый глухой защитный панцирь, который вырастает, когда мир вокруг слишком часто ранит.
Если начинать плакать над каждой оборванной жизнью, над каждым несправедливым концом, слёз просто не хватит.
Проще замереть.
Замёрзнуть.
Где-то чирикала мать погибшего птенчика.
Девушка вернулась в дом, но звук с улицы не прекращался.
Чириканье казалось слишком громким, почти обвиняющим.
Она подошла к окну и увидела на ветке расцветающей яблони серую птицу.
Та металась, заглядывая вниз, туда, где минуту назад лежало её продолжение.
Каждое движение птицы отзывалось в груди девушки тупой, давящей виной.
Ей казалось, что эта маленькая серая птица кричит лично ей.
Обвиняет её в том, что она — хозяйка этого сытого убийцы.
Обвиняет в том, что она так обыденно, почти брезгливо, выбросила чужую трагедию в ведро для отходов, словно это было просто ничто.
«Что я должна была сделать? — оправдывалась она перед безмолвной комнатой. — Похоронить с почестями?
Спеть панихиду?
Это просто птица.
Это просто природа».
Но голос разума звучал жалко и неубедительно.
Котик сидел на крыльце.
Он безразлично умывал лапку, начисто стирая следы кровожадной охоты.
Девушка задернула шторы, пытаясь отгородиться от плача матери-птицы, который обвинением просачивался сквозь стёкла.
Этот контраст между буйством расцветающей яблони и безжизненным трупиком среди мусора казался неестественным, даже пугающим.
Жизнь вокруг бурлила на полную мощность, абсолютно равнодушная к чужому горю.
И страшнее всего было то, что её собственное сердце в эту минуту пыталось подражать этому равнодушию — просто билось дальше, делая вид, что ничего не случилось.
Мёртвый птенчик
© Альбина Любимая 2193
